Его единственная

Я уже недавно позвонил Сиротину, он уже задрал своих бойцов. Весь комитет делом Янычей занимается. А Влад к нам сейчас приедет.

— Да ну? — изумленно уточнил Крепс, прекрасно зная, что Сиротин дослужился в МВД до больших погон.

— Ну да, — хмыкнул Кирсанов. — Весь наш старый состав подтягивается постепенно. Кто Мишку Павлова знал и воевал с нами. Асисяй с базы едет, по дороге Гоголя с Ларкой захватит. Еще Глебов с Васиным приедут. Мужики звонят, спрашивают. А у нас тут детский праздник, твою мать… — недовольно всплеснул руками генерал и, как нашкодивший мальчишка, покосился на сестру.

— Сережа, — протянула Пелагея, — ну что за привычка сквернословить?

— Алена, — отмахнулся Бек. — Старую макаку новым фокусам не выучить… А вот если бы ты вместо меня посидела с Маргаритой…

— Мне только в радость, — кивнула сестра Кирсанову. — Вместе с Ларочкой справимся. И это же ненадолго. Только тебя Александра заругает. Ты хоть ей сам скажи, что люди приедут, — укоризненно бросила она. — А то обидится…

— Да ладно, — раздраженно отмахнулся Кирсанов. — Продукты все привезут. Готовить ей ничего не надо. Здесь сядем. Вон, стол письменный клеенкой накроем…

— Кого ты тут принимать собрался, Сережа? — послышалось от двери. Блинников обернулся на голос и увидел грозу всех генералов. Александра с ребенком на руках сейчас напомнила ему Аниту Гарибальди, воинственную жену Джузеппе. Вот только коня и револьвера не хватало.

— Мы с мужиками здесь поминки устроим, — заявил Кирсанов сердито. — Вам не помешаем, Александра Андреевна. А малышку поручим моим сестрам. Я договорился. От них в любом случае пользы больше, чем от меня.

— Хорошо, — кивнула Александра. — Я хотела перенести мероприятие на завтра, но артисты уже выехали, да и дети расстроятся… Мы сейчас с Юлей зал украсим. Она будет распутывать гирлянды, а я вешать. Поэтому вот тебе Маргарита, — заявила она, перекладывая в руки Кирсанова малышку. Затем опалила мужа грозным взглядом, развернулась и ушла.

— Гроза-а, — довольно хмыкнул ей вслед Бек и довольно уставился в улыбающееся дочкино личико. — Ритулька, солнышко, — запричитал он. — Принцесса моя маленькая…

Блинников добродушно глядел на враз повеселевшего Кирсанова. Поутих гнев, и печаль немного отошла на задний план, стоило Маргарите Сергеевне оказаться на руках отца.

— А кто слюники пускает? — проворковал грозный Бек и повернулся к сестре. — Алена, где ее салфетки?

И в эту самую минуту Дима Блинников в который раз осознал простую истину. Любому человеку, каким бы крутым он не был, нужен тыл. Дом и жена. Дети. Маленькая гукающая Маргарита, способная своей улыбкой растопить лед генеральского сердца. Нужны рядом верные люди.

«А всякий сброд типа Янычей и Люси надо гнать подальше.