Его (с)нежная девочка

– Ева? – слышу Дама и его торопливые шаги по лестнице. Чтобы не отвлекать меня от уборки и не отвлекаться самому, час назад он ушел работать в свою спальню. А теперь шел ко мне с телефоном, приложенным к уху, и что-то кому-то торопливо объяснял.

– Что такое? – отвлеклась я, отключая пылесос и отставляя его в сторонку.

– Держи, это тебя, – говорит и протягивает мне свой мобильный.

– М...меня? – глаза, наверное, у меня выкатились из орбит от удивления.

– Да. Бабуля твоя.

– Ба...бабуля? – переспрашиваю, и когда до мозга наконец-то доходит, торопливо хватаю телефон, прикладывая к уху, – бабушка, алло, бабуль? – говорю, от волнения прижимая руку к сердцу. Его что-то неожиданно защемило и кольнуло. – Бабуль, привет!

– Евангелина? – слышу на том конце провода родной голос родной женщины и оседаю на диван.

– Ты не представляешь, как я рада тебя слышать. Как ты, ба? Как твои дела? У тебя все хорошо?  С кем праздник будешь встречать? Как на раб...

– Да не тараторь ты, бедовая девчонка моя! – нарочито строго говорит бабуля, перебивая. – Лучше ты мне скажи, у тебя все в порядке? – слышу, как прорезались нотки недовольства в ее голосе. – Почему ты не отвечаешь на звонки и что еще за лавина там сошла? Что за безобразие такое!

Ба. Любимая ба, как всегда в своем репертуаре! Даже улыбки сдержать не получается, а еще неожиданно на глаза накатывают слезы. Что-то я совсем расчувствовалась, хлюпнув носом.

– Снежинка? – присаживается рядом на корточки Дам, сжимая мою коленку, заставляя на него посмотреть, – все нормально? – шепчет, видимо, чтобы бабуля не услышала, а я в ответ могу только кивать. Просто не знаю, как объяснить ему, что безумно хочется поделиться со всеми тем, что произошло и происходит со мной. Тем счастьем, которое накрывает с головой. Уверена, и бабуля, и Златка за меня бы порадовались, если бы узнали, какие волшебные у меня были последние пару дней.

– Евангелина, ты здесь? – слышу требовательное в телефоне.

– Да, ба, я здесь! Лавина сошла, а я оказалась в этот момент на работе. Ну, и так получилось, что без телефона. Да еще и в том шале, где убиралась, осталась. Но со мной все хорошо, даже очень! – добавляю торопливо.

Дам, кинув на меня еще один взгляд, убедившись, что со мной все в порядке, уходит, оставляя одну. Позволяя нам с бабулей поговорить наедине.

– Ты лучше расскажи, как ты там?

– Как-как, сердце за тебя болит! – ворчит бабуля. – Вот взбрендило же тебе, непоседливой лягушке-путешественнице, потащиться в эту вашу Швецию!

– Швейцарию, ба. И я, кстати, научилась кататься на горных лыжах, представляешь? – заползаю на диван с ногами, устраиваясь удобней.

– Ноги себе не переломай на этих лыжах. Опасно все это, Евка! Ух, опасно!

– Да брось, ба, это круто. Очень.