Его (с)нежная девочка

Мне просто отчаянно хочется, чтобы ладони мужчины оказались у меня не на спине, а на груди, которая наливается и затвердевшие соски которой больно трутся о ткань футболки. Я даже бесстыдно подаюсь вперед, наверное, совсем задавив в себе остатки разума, и прижимаюсь к Дамиру.

Снова стон. Мой, или его, не знаю. Руки мужчины тянутся к краю моей-его футболки в явном намерении снять. Уже тянут вверх, почти оголив грудь... когда нас прерывает телефон Дама.

Звонок.

Неожиданный и громкий в тишине гостиной, где слышно только наше сумасшедшее дыхание и треск поленьев в камине.

Вот это отрезвляет.

Я первая прихожу в себя. Одергиваю футболку и отстраняюсь от мужчины, красная, как помидор, то ли от смущения, то ли от чего-то пугающе сильного и доводящего до исступления.

Возбуждение. Да, это было оно. Перекрывающее разум и пробуждающее какие-то отчаянные первобытные инстинкты, которым трудно не поддаться. Тем более, когда тебя целуют так. Умело, жадно, и сладко.

– Т...телефон, Дам… – пытаюсь унять сумасшедшее биение сердца, подскакивая на ноги и суетливо приглаживая волосы трясущейся ладошкой. Дыхание спирает так, словно я пробежала стометровку.

– Ева, – тянется он ко мне снова, не желая обращать внимание на звонок, но я отступаю, закутавшись во все еще болтающийся на моих плечах плед."

"– Дам, я… я лучше обед пойду нам готовить, – ласково улыбаюсь, потому что не хочу его обидеть, не хочу, чтобы он думал, будто напугал. Нет, напротив, я сама начинаю бояться того, чего хочу на самом деле. – Не буду отвлекать тебя от работы, – говорю и чуть ли не бегом несусь на кухню.

Слышу, как за спиной звучит мужское, немного дерганное:

– Да, слушаю! – очевидно, в трубку, и пытаюсь собрать мысли в кучу. А они, паразиты, все бегают и бегают в голове, то и дело возвращаясь к жарким и неприличным картинкам.

Так, Ева, главное занять себя. А еще лучше руки и голову!

Пару минут передышки, осушить стакан воды, вдох и выдох. Пытаюсь сообразить, чем накормить мужчину. Заглядываю в холодильник и кладовую. Останавливаю свой выбор на сборной солянке. По крайней мере нужно первое блюдо, а к вечеру, может, попробую испечь пирог.

Да, решено, так и сделаю.

Притаскиваю из кладовой нужные продукты и с небывалым рвением включаюсь в процесс.

Готовка действительно меня отвлекает, и я совсем не замечаю, сколько проходит времени.

– Пахнет как, – неожиданно раздается голос Дамира, и я чуть не роняю поварешку, пробуя получившееся. – Что это?

– Солянка, сборная. Я надеюсь, ты ешь такое? – только сейчас понимаю, что не знаю, что предпочитает Дам. И мое решение приготовить именно солянку было спонтанным.

– Серьезно? – удивленно переспрашивает, что заставляет меня повернуться к нему.

– Вполне, – натянуто улыбаюсь, еще не понимая, что не так.

– Я люблю солянку.