Его (с)нежная девочка

Это же надо заявить такое девчонке?!

– Так это из-за него ты решилась там в клубе…?"

"– Да, я жутко разозлилась. На Тимура, за то, что ему только это, видимо, от меня и надо было. И на себя. За лишнюю и никому ненужную скромность. Хотела избавиться от этого… недостатка, – вскидывает на меня взгляд Ева, полный упрямой и непоколебимой решимости.

– Глупая снежинка, – улыбаюсь я и перехватываю ее ладошку, лежащую на коленке и комкающую подол рабочего платья. Сжимаю и тяну на себя, заставляя пересесть чуть ближе.

Как же хорошо, что я оказался тем самым, кому она решила предложить себя. Боже, звучит-то как! А если кто другой оказался бы на моем месте в тот злополучный вечер? Да воспользовались бы маленькой глупой девчонкой!

– И ничего я не глупая. Тим был прав.

– Нет, – перебиваю жестко, но думаю, именно такая встряска ей и нужна, чтобы окончательно не уйти в себя.

Рано, девочка, ты мне тут еще нужна веселой и улыбчивой.

– Бабуля твоя права. Это нужно хотеть самой, понимаешь? Ева, я дерьмовый учитель жизни и косячил я тоже предостаточно, но в таком вопросе… у меня есть кое-какой опыт. И поверь, это не недостаток, поняла меня? Даже более того, для любимого человека, с которым ты решишься переступить эту… грань… – боже, Абашев, слово “секс” еще никто не отменял, – это будет достоинством, – договорил, едва сам не краснея от того, каким неловким вышел, однако, момент. Учу жизни, а у самого в штанах уже крепкий каменный стояк.

Вот только хотеть и взять – вещи разные, и при случае я обязательно вдолблю это в пустую голову сына. Что за, твою мать, потребительское отношения к женщинам? Я тоже не святой, и в ЗАГС после секса не веду, но ни разу не врал ни одной о своих намерениях.

– Так что не нужно торопиться, снежинка, – заканчиваю свой спич и чувствую, как пальчики Евы в моей ладони елозят и переплетаются с моими. Простой до одури невинный жест, но сердце скакнуло.

– Только теперь-то что об этом думать? – пожимает она плечами, усмехаясь. – Что случилось, то случилось.

М-да, это тоже будет новость.

– Вообще-то есть, Ева, о чем тебе подумать.

Пауза. У меня ощущение, что я сейчас признаюсь в убийстве.

– То есть?

– То и есть, снежинка. Не было у нас тогда ничего…

Снова заминка.

Ева молчит.

– Ты… – начинаю признаваться, но вот тут она меня резко перебивает, а ее аккуратные бровки взлетают чуть ли не на лоб:

– То есть как «не было»? – ошарашенный выдох. – То есть ты… ты… ты просто... – стала заикаться снежинка, а зрачки так расширились, что я прекрасно понял: мне несдобровать.

Злится.

Очень. Но от этого она не менее мило и забавно выглядит.

– Скажу в свое оправдание, я повел себя, как джентльмен, и попросту уложил тебя спать.