Его (с)нежная девочка

На губах легкая полуулыбка, но  весь он словно замер в ожидании моего ответа.

– Это ты сделал? – спрашиваю я, не веря в то, что вижу собственными глазами.

– Я.

И этот человек говорил мне, что не умеет украшать елку? Не знает, что со всеми этими игрушками делать? Ха! Ха-ха. Любой самый искусный дизайнер позавидовал бы его работе.

– Когда ты успел? – улыбаюсь и я от удивления. Стягиваю шапку и шарф и тянусь к молнии, но Дам оказывается ловчее. Вмиг преодолев разделяющее нас расстояние, уже помогает мне снять верхнюю одежду, как бы невзначай пальцами касаясь моих плеч, но тут же отдергивая руки и аккуратно вешая на вешалку пуховик.

– Утром."

"– То есть утром? Этим утром? – прохожу в гостиную на все еще трясущихся от волнения ногах.

– Да, Ева.

– Ты не спал?

– Ну почему же “не спал”? Спал, просто проснулся рано и не знал, чем себя занять. Только ты не ответила, как тебе? – говорит мужчина, намекая на рождественские носки, и идет в мою сторону, медленно и грациозно, решительно уперев руки в бока.

И что за странный рефлекс? Стоит ему только замереть в шаге от меня, как у меня в горле тут же пересыхает, а на щеки набегает румянец. Может, потому что я вижу, как его взгляд перемещается на мои губы, которые я чуть приоткрыла на выдохе? Или потому, что и сама смотрю на его губы и прячу ладошки за спиной, только чтобы не броситься мужчине на шею?

Хочется.

Так сильно хочется снова прикоснуться к нему, что аж не можется!

– Мне… – говорю да тут же запинаюсь. Широкая, горячая ладонь Дама ложится на мою щеку, а подушечка большого пальца касается губ. Из груди вылетает рваный вздох, а Дамир делает последний шаг, разделяющий нас. Так, что теперь мне приходится запрокинуть голову и даже встать на цыпочки, чтобы быть хоть чуть-чуть ближе и выше. А чтобы я не упала, мужчина обнимает меня за талию и прижимает к себе. От этого уверенного жеста дышать становится в тысячи раз сложнее.

– Так что, я справился, снежинка? Я заслужил свой рождественский подарок? – говорит Дамир, и звучит это очень и очень двусмысленно.

– Рождество в Швейцарии прошло, – замечаю я совершенно невпопад.

– Новый год нет.

– И… и что бы ты хотел получить в подарок? – каждое слово выходит тише предыдущего, и вообще звуки вылетают с трудом.

Я все еще прячу руки, чтобы нечаянно не начать их распускать, но совершенно упускаю из виду, когда Дам успевает сжать мои ладошки  своей, блокируя таким образом мои руки за спиной. Опасно. И о-очень близко.

– Исполнение своего желания.

– К...какого желания?

– Которое ты мне задолжала, Евангелина.

– Но ты не скажешь мне, что это за желание, да?

– Нет. Пока, – подмигивает Дам и, как мне кажется, с сожалением вздохнув, разжимает свои тесные жаркие объятия, выпуская меня.