Его бывшая слабость

И пусть многие из верхушки давно обзавелись семьями, их жены по большей части выполняют функцию украшения. Обвесят баб вырвиглазными цацками, желая показать свой статус, но никакой ценности эти куклы не имеют.

Еще пацаном был, когда у босса жену в заложники взяли в попытке надавить. Мы нашли гадов. И жену его нашли. Так он ее собственными руками пристрелил. А на следующий день притащил в дом новую. Отвратительно. Надолго я тот день запомнил. Врезался в память так, что я неосознанно предпочел вовсе не иметь слабостей. Но…

Аня.

Несмотря на всю мою злость, я точно знаю, что ради нее готов убивать. Любому глотку порву, кто посмеет ей навредить. Вот только об этом известно только мне. Тем не менее эта мысль почему-то вызывает дискомфорт. Черт. Если предположить, что она все же невиновна, то сам того не желая, женившись на ней, я подставил ее под удар.

Моя прошлая жизнь не прощает слабостей. И пусть я больше не часть криминального мира, но для тех людей «бывших» не бывает. Нельзя быть бывшим членом банды. А уж тем более — бывшим главой.

Выскакиваю из душа и, наспех одевшись, спешу найти Аню. Мне сейчас просто жизненно необходимо убедиться, что она в порядке. Оказавшись в коридоре первого этажа, спешу к гостиной, когда меня словно током прошибает испуганный голосок:

— Ой, мамочки!

А черт! Нет-нет-нет…

Залетаю за угол и подскакиваю к стремянке. Ловлю бестолковую девчонку, которая норовит свалиться прямо на пол. Сердце заходится в бешеном ритме, пока я изучаю ошалевшее лицо Анюты.

— Ты в порядке? — выдавливаю, пытаясь понять, видит ли она меня вообще.

Кивает, судорожно сглатывая и прижимая к груди хромированный рог. Признаться, я вовсе не это ожидал увидеть. Но уж лучше так.

— Что это? — спрашиваю, уже догадываясь, что ответ мне не понравится.

— Л-люстра, — выдавливает испуганная Анюта.

— Я вижу, что люстра, Ань! — рычу несдержанно. — Зачем она тебе понадобилась?! Твою мать! И откуда тут вообще стремянка?!

— Принесла-сь, — бормочет Аня, натягивая неестественную улыбку. — Я хотела прикрыть… это… пулевое ранение потолка.

Дьявол. Устало прикрываю глаза, не выпуская девочку из рук. Пулевое ранение потолка она прикрыть хотела. А меня чуть удар не хватил. Она точно намерена меня добить.

— Значит, ты притащила из подвала стремянку? — закипаю я. — Полезла под потолок, рискуя моим ребенком…

— Не злитесь, Глеб Виталич, — перебивает меня бестолковая Невеличка. — Я аккуратненько…

— Аня! — гаркаю несдержанно, вынуждая ее вздрогнуть. — Чтобы не смела больше проворачивать подобное! Еще не хватало! Доктор сказал соблюдать постельный режим! Сейчас же отправляйся в кровать! Ты мне здоровая нужна! — выпаливаю я и тут же, опомнившись, добавляю: — Пока носишь моего ребенка. Поняла?

Опять губы дует.