Любовница египетской мумии

 Большая гостиница никогда не спит, наоборот, по ночам в отелях начинается бурная жизнь. Пока я, зевая во весь рот, плелась в свой номер, мне по дороге попалась группа пьяных европейцев, похоже, англичан, громко ругающаяся семейная пара, официант с подносом, три хихикающие девицы и абсолютно трезвый, одетый в темный костюм и белую рубашку японец. Житель Страны восходящего солнца не принимал участия в празднике жизни, он явно прибыл на Пхасо по делам.

 Оказавшись около кровати, я хотела шлепнуться под заботливо откинутое горничной одеяло, но увидела на подушке сложенный вдвое лист нежно-зеленой бумаги. К ней прилип довольно длинный светлый волос. Сон испарился. Я схватила письмо.

 «Дарья! Не лезь в чужие дела. Не помогай Фатиме. Будет плохо! Тебе отрежут язык и оборвут уши! Займись отдыхом, если хочешь остаться в живых».

 Мне пришлось трижды прочитать текст. Теперь желание спать начисто сменила ярость. Значит, Фатима не ошиблась: кто-то шарил в ее номере, а Зарину похитили. Что тут происходит? Какой мерзавец смеет пугать меня оторванными ушами? Не на такую напал! Если меня попросить по-хорошему, ласково, я соглашусь на все, но если на меня давить, то я непременно продемонстрирую ослиное упрямство и не пойду навстречу. Согласна, это плохое качество, но я давно живу со своими недостатками и успела их полюбить.

 Гордо выпрямив спину, я спустилась на первый этаж и налетела на портье, чей форменный сюртук украшал бейджик.

 - Вы Азамат? - агрессивно спросила я.

 - К вашим услугам, мадам, - склонился в полупоклоне служащий.

 - Кто входил в мой номер? - выпалила я. - Только что!

 На лице Азамата не дрогнул ни один мускул.

 - Вероятно, горничная, они разбирают гостям на ночь постель. Если что-то не так, мы сразу уволим провинившуюся.

 - Эй, ты, хочу снега, - пьяно пробормотал по-русски грубый голос.

 На стойку рецепшен облокотилась пьяная баба, одетая в платье от всемирно известного модельера.

 - Простите, мадам Бартенева, - на хорошем языке Пушкина ответил клерк, - у нас на Пхасо снег удивительная редкость. В летописях указано: остров лишь один раз накрыла метель, в тысяча двести...

 Бартенева оглушительно икнула.

 - Ты, носатая зебра! Какого... на гостинице пять звезд прибито...? Если их... ик... ик... пппять, то исполняй мои желания.

 - К вашим услугам, мадам, - заверил пьянчужку Азамат. - Чего изволите?

 Ладонь с растопыренными пальцами, унизанными кольцами, стукнула о стойку.

 - Снега! Белого! Холодного! Живо!

 - Бабушка, вот ты где! - радостно заверещали внезапно появившееся две девочки лет двенадцати. - Мы тебя потеряли!

 Дама попыталась сфокусировать взгляд.

 - Аня и Маня, - хором объявили подростки.

 Бартенева приложила руку ко лбу.