Любовница египетской мумии

 Я не стала выяснять причину, по которой он решил стребовать деньги при посадке, молча расплатилась и уставилась в окно.

 По вечерам во всех курортных местах начинается бурная жизнь, зазывалы приглашают прохожих в рестораны, магазины манят открытыми дверьми. Это вам не Париж, где после восьми вечера куска хлеба не купить, потому что местные торговцы свято блюдут свой отдых. Парижского лавочника не разжалобит стадо голодающих туристов, прибегающих в его мини-маркет в момент, когда мсье опускает железную штору. Вы хотите разжиться багетом и несколькими кусками ветчины? О, простите, господа, приходите завтра! Впрочем, ради соседки или постоянной покупательницы торговец еще может пойти на уступки. Но из-за иностранцев?! С самой милой улыбкой парижанин запрет магазин и с чистой совестью поспешит к любимому креслу перед телевизором.

 А вот на Пхасо наоборот: витрины вечером соблазняют зевак товаром, а хозяева стоят на пороге, пытаясь переманить друг у друга клиентов.

 Машина резко свернула налево, направо, выехала на шоссе. Яркие огни остались позади, по сторонам мелькали редкие фонари.

 Я проявила бдительность:

 - В нужном направлении, мадам, - ответил шофер.

 - Долго еще нам добираться?

 - Минут пять, - успокоил меня он.

 Я вновь уставилась в окно. Пол уверял, что ресторан «Старый город» чуть ли не самый пафосный на Пхасо, но меня, похоже, завезли в глушь. Машина остановилась у большой горы.

 - Приехали, мадам, - нервно объявил таксист, - пожалуйста, выходите.

 - Но здесь никого нет! - засопротивлялась я. - Где «Старый город»?

 Парень включил дальний свет, лучи фар выхватили из темноты большие, похожие на замковые ворота.

 - Перед вами, мадам. Там есть калитка, ее надо толкнуть.

 - Это точно «Старый город»? - с недоверием спросила я. - Вы ничего не перепутали?

 - Мадам, я родился на Пхасо, - прозвучало в ответ, - очень прошу, покиньте такси, мне пора возвращаться.

 Не успела я выйти наружу, как машина, взвизгнув шинами, развернулась и исчезла со сверхзвуковой скоростью. Я подошла к железным воротам, обнаружила калитку и вошла. Впереди тянулась узкая тропинка, выложенная мелкими камнями. Идти по такой на высоких каблуках затруднительно, но я поковыляла. Через минуту мне стало холодно, спустя другую я сообразила, что передвигаюсь в некоем подобии тоннеля: над головой не небо, а каменный свод, по сторонам стены, выложенные из грубо отесанных плит. Кое-где светились тусклые лампы. Чем дальше я брела, тем меньше было фонарей.

 Все это мало напоминало дорогу к роскошному ресторану, и я решила вернуться назад. Поверьте, я нигде не сворачивала, но парадоксальным образом вышла не к огромным воротам, а к небольшой площади, в центре которой виднелись останки фонтана и две серые кучи.