Егерь. Системный зверолов

Стёпка почесал затылок и неуверенно выдал:

— Была. Вот только вас же ограбили с год назад, не уверен, что осталась.

— Вот блин, — я разочарованно выдохнул. — Хотел порыбачить."

"— В магазине ремёсел продаются, — подсказал парень и улыбнулся.

— Да нет, я…

Наш разговор оборвался на полуслове.

— АХ ТЫ ЗАСРАНЕЦ! КАК ТЫ ПОСМЕЛ⁈ — раздался яростный вопль мамы. Она выскочила из-за угла дома, глаза её пылали гневом. Чего это она вернулась с работы так рано, часа не прошло?

Глава 3

Ольга подлетела ко мне, как ястреб, глаза её полыхали гневом, а подол платья мотался из стороны в сторону.

Я сидел на лавке у колодца, чувствовал, как деревянная скамья впивается в тощие бёдра, и смотрел на неё, пытаясь сдержать улыбку. Всё понимаю, мать гневается, два года вытаскивала сына с того света, видя, как он угасает. И теперь он, когда едва начал ходить, уже не в кровати, а шатается по двору. Вот только всё никак не мог принять, что эта женщина сейчас будет пытаться меня отчитывать. Меня, мужика за пятьдесят.

Нужно держаться, если улыбнусь — быть беде.

Впрочем, если так и дальше пойдёт, она меня в комнате навсегда запрёт, а это с моими планами не билось. Я привык к свободе. А тут теперь должен лежать и ждать, пока мне очередной горький отвар в глотку зальют? Нет уж, я не для того десятки лет в тайге пробыл, чтобы теперь под одеялом киснуть. С этим точно нужно что-то решать, уж заниматься тренировками и делать что-то по хозяйству она мне не запретит.

— Макс! — выкрикнула мама, остановившись в двух шагах, и голос её дрожал от злости, смешанной со страхом. — Ты что удумал? Едва на ногах стоишь! Хочешь опять слечь, чтобы я тебя потом по кусочкам собирала?

Я почувствовал, как в груди закипает протест. Смотрит на меня, как на немощного, готового разбиться от малейшего толчка. Она сразу переключилась на Стёпу, который стоял рядом, втянув голову в плечи, будто ждал, что его сейчас пришибут.

— А ты, Стёпка, чего натворил? — сказала она холодно, уперев руки в бока. — Вывел его, а если б он упал? Если б хворь вернулась? Ты хоть головой думаешь, или у тебя там солома?

Стёпа замялся, почесал затылок, и я уловил его взгляд.

— Говорил же, убьёт, — шепнул он мне, отступая назад, и я невольно усмехнулся.

— Ну живой же, — бросил я и продолжил:

— Не надо, — старался чтобы голос звучал твёрдо, хоть и в горле почему-то пересохло. — Я в порядке. Видишь, стою, хожу. Не разваливаюсь. А на ноги я сам встал, Стёпка ни при чём.

Выпрямился, опираясь на лавку, и почувствовал, как мышцы почти не ноют от напряжения.

Мама замерла, глядя на меня, и я уже ждал новой порции криков, но вместо этого её лицо смягчилось. Она шагнула ближе, и вдруг её руки обхватили меня, притянув к себе. Я почувствовал тепло ладоней.