Егерь

Пыльно там было."

"Честно говоря, я всё думал о той встрече со Зверевым. Правильно было бы его ликвидировать, этого требовала моя сущность диверсанта, которая не приемлела дружеских отношений. В данном случае он не друг, а возможный источник враждебной информации, которая угрожает не только мне, но и моим детям. Сообщит своему куратору о нашей встрече – и всё, пиши пропало, а этого мне бы не хотелось. Начнут искать, выйдут на отель, там и поймут по дочкам, что это я. Зачем я сюда вообще попёрся, зная, что тут много наших? Ведь предполагал, что и мои знакомцы тут могут оказаться. Верил в удачу, а удача оказалась девушкой легкомысленной, то показывает личико, то совсем другое место, упругое, то, что пониже спины. Так хотел остановить этого урода, что плюнул на опасность. Самое обидное, гримировальное оборудование осталось на «Касатке», я забыл его взять.

Конечно, Рома может и не сообщать обо мне, хотя по инструкции обязан, тем более тот парень, то есть я, который ввёл его в заблуждение, доложить был обязан. Значит, и он доложит, чтобы на него не вышли. Мол, встреча была, обознался, бывает. Пусть проверяют. Тела Вострикова уже нет, его кремировать должны были, а если передадут моим родителям, в чём я сомневаюсь, то и те, по моей просьбе, должны были провести кремацию. Тела нет, а раз нет тела, нет и дела, но хвосты в Каире требовалось подчистить. В принципе тут два варианта: произвести зачистку, тогда на меня реально начнут охоту, или быстро свалить, тогда шанс уйти незаметно и раствориться в мире есть. В общем, я выбрал второй вариант, оно вернее будет. Хорошо, когда проходил таможню, дочек не регистрировал, не посчитал нужным, так что числился я прибывшим в единственном числе.

Потрогав на ходу щёточку усов – что-то не особо они помогли при опознании, – я поспешил дальше. Остановив машину такси, сел в неё и поехал к отелю. Там выписался и, прежде чем рвануть обратно к побережью, уплатил регистратору и забрал лист из журнала с моими данными. Не было нас тут. Этот же сотрудник отеля, получив крупную взятку, пообещал поспособствовать тому, что и у другой прислуги возникнет временная амнезия, если мной вдруг будут интересоваться. Версию этого побега я выдал свою: ревнивый муж-рогоносец застал меня со своей женой, пришлось бежать через окно. Регистратор похохатывал, слушая описание, как я спускался в одних трусах у всех на виду по водосточной трубе, но пообещал всё сделать в точности.

Мы же сели в машину и поехали обратно. Мотор пикапа работал с перебоями, и на возвращение нам потребовалось куда больше времени, в два ночи приехали, пришлось искать что-то вроде спальных комнат, чтобы устроиться там. Дочки ещё в машине уснули, так что пришлось переносить их на руках.