Ефрейтор. Назад в СССР. Книга 2 (СИ)

Я откатился, бросился в кузов. Поскользнулся — все-таки кирзовые сапоги это полная хрень. Подошва слизана, зацепа с грунтом никакого. Ботинки всяко лучше, однозначно. Повсюду грязь, стреляные гильзы, кровь. Увидел спину кого-то из наших, но почти сразу же потерял ее из вида.

Боковым зрением определил, что в кузов, со стороны открывающегося борта, влез душман. Стрелять он не стал, бросился на меня с ружьем врукопашную. Его я ловко связал в приеме, ударил ногой в бок. Двинул в челюсть.

Выхватил штык-нож, но воспользоваться им уже не успел, меня что-то резко оттащило назад. Я круто развернулся, пытаясь взять себя в руки и понять, что делать дальше. Руку резануло чем-то острым.

Попятившись, я резко развернулся и увидел, как мне в лицо летит приклад чужого автомата.

— А! Шурави! Шурави!

Бац! Стало так больно, так тяжело!

Со всех сторон окутала тьма. От сильного удара, я увидел что-то красное, светлое. Огоньки. Голова жутко заболела… Мы что, не справились? Неужели это все?

Нет, я не могу умереть. Не так. Не сейчас…

Глава 8

Живой товар

Очнулся я оттого, что где-то в области спины появилось какое-то неприятное ощущение. Не только неприятное, но еще и болезненное. А еще голова гудела.

Вокруг какой-то скрежет. Шуршание, будто чем-то тяжелым по мелким камешкам…

Резко открыл глаза, вздрогнул. Прищурился — закат был в самом разгаре и ярко-оранжевое солнце светило прямо в глаза.

Чуть левее увидел бредущих духов с оружием в руках. Из было около десятка, вооружены, как и чем попало — кто-то с ружьем, карабином или со старым автоматом. У одного, наиболее опрятного на вид, в руках была американская винтовка М-16.

Двигались мы медленно. Неторопливо.

Сразу же понял, что меня и самого волоком тащили куда-то вперед. Ноги свободно волочились по земле, отсутствовал правый сапог. Я как был в бушлате от «афганки», так и остался, только сейчас он был грязный и разодранный, с разорванным рукавом и без единой пуговицы. Состояние штанов примерно такое же, еще и кровь в районе голени. Где-то у предплечья ныло — наверное, какая-то рана. Руки плотно прижаты к телу и связаны в двух местах тугой веревкой.

Даже не знаю, сколько провел в таком положении — все тело затекло. Пятая точка и поясница гудели от тупой боли.

Моджахеды даже и не думали как-то скрываться. Мы просто шли по прямой, даже не переживая, что их могут заметить. Страх совсем, что ли, потеряли? Они что, совершенно не боятся, что их тут могут накрыть наши? Наверняка в этом секторе часто летают вертушки, но ничего похожего на вертолетный рокот я не слышал.

И это странно. Все странно. Учитывая, что нас атаковало достаточно много врагов, было непонятно, а куда же они все делись? Этот жалкий десяток душманов не выглядел серьезной силой. Неужели это все, кто уцелел?

Да нет, чушь какая-то.