Ефрейтор. Назад в СССР. Книга 2 (СИ)

— Э-э… Макс, мы тут не для этого… Нам самим бы ноги унести! — пробормотал Смирнов, верно уловив мое состояние. А я уже думал о том, как бы нам незаметно подобраться к зиндану.

— Угу… — рассеянно ответил я. — Ты вот что, жди тут, а я быстренько прогуляюсь.

— Макс! — зашипел он. — Куда?!

— Все нормально, я туда и обратно.

— А если духи прицепятся?

— Не прицепятся, видишь, им не до нас. Играют во что-то.

Вот ведь сложный момент. У всей группы жизнь висит на нитке, а мне спасение других подавай в придачу. Возможно, будь на моем месте обычный молодой солдат, он точно не стал бы лезть на рожон, а бежал бы без оглядки, думая только о спасении себя самого.

Вот только я совсем другой и отношение к жизни у меня иное — если есть возможность, если есть шанс, нужно воспользоваться. А сейчас и наступил тот самый момент, когда на стыке удачи и опасности можно было проверить… Да, это дерзко, смело, может даже необдуманно. За то правильно, по-человечески. Как потом собственной совести в глаза смотреть? Были рядом, могли помочь, но не помогли. Скольких я так потерял в прошлой жизни бойцов?! Это болезненная тема, которую поймет только тот, кто сам терял людей. Терял, а потом места себе не находил от того, что совесть грызла сердце.

Я медленно и невозмутимо направился к яме, двигаясь так, чтобы не вызывать подозрений у душманов. Я такой же, как и они. Краем глаза смотрел за надзирателями — им было абсолютно все равно, кто там бродит по площадке. До меня никому не было дела.

Прошел десять метров, пятнадцать. Шел так, чтобы автомат всегда был наготове, но держал я его на предохранителе. В кармане пистолет Иззатуллы, в другом — нож, которым я уже успел воспользоваться ранее.

Решетка точно такая же, что и у нас — деревянная, скреплена веревками, стальной проволокой, а вместо петель уже знакомые мне резиновые пластины. Только здесь их было три. Они тут что, технологию запатентовали и массовое производство открыли? Ты смотри, понаделали, уроды! Это ж еще нужно постараться, чтобы в сухом каменистом грунте выкопать яму такой глубины…

Наклонился, присел.

Внутри темнота, ни черта не видно.

— Эй! Живые есть? — громким шепотом произнес я, продолжая всматриваться.

В отчет тишина. Учитывая время суток — понятно, они спали. Я набрал гость мелких камешков, бросил вниз. Послышался шорох, какое-то недовольное ворчание.

— Эй! — повторил я. — Есть кто?

— Пошел в пень… — прохрипел кто-то снизу. — Говно не русское!

— Шарапов, затихни… — второй голос не скрывал удивления. — Ты кто? Откуда?

— Свои. Мужики, сколько вас там?"

"Видимо они сообразили, что это никакая не шутка и никто над ними не издевается. Редкие душманы владеют нашим языком, а чтобы так чисто… Значит, остается только один вариант — действительно свои. Это как-то сразу стало понятно.