Эффект Грэхема

Эта девчонка начинает забираться мне в душу. И мне это не нравится.

– Какого дьявола ты тут забыла? – Кейс прямо исходит неодобрением. – Зачем ты зависаешь с этими парнями?

– Нас пригласили на вечеринку, – пожав плечами, отвечает она. Его явное неудовольствие ее совершенно не волнует.

Тут решает встрять Трагер.

– Из-за этих мерзавцев Коффи запястье растянул, Джи, – напоминает он ей.

– Черта с два! Это все твоя вина, – откликается Шейн, закатив глаза. – Ты швырнул парня о стол. Не надо на нас это вешать.

– Все начал ваш Хоули!

Я, впрочем, их уже не слушаю. Колсон тоже. Он бросает хмурые взгляды в сторону Джиджи, и больше его ничего не колышет.

– Забирай Мию, – приказывает он. – Мы уезжаем.

На мгновение кажется, что она будет спорить, но в итоге раздраженно вздыхает и сдается.

Она исчезает в кухне. Музыка снова начинает играть громче, благополучно заглушив тявканье Трагера. Что за идиот!

Пока мы ждем Джиджи, внимание Колсона обращено исключительно на меня. Пялится он с таким осуждением, будто я тут несу за все ответственность.

Вот только, как всегда, в неприятности нас втянул член Беккетта. Удивительно только, что Джиджи Грэхем на это повелась. Она как-то не похожа на девушку, которая согласится на разовый перепихон с местным бабником.

Настроение у меня окончательно портится, а ведь оно было скверным еще до того, как Колсон решил ворваться ко мне домой. Все покатилось по наклонной примерно в тот момент, когда Каррма решила заявиться без приглашения, утверждая, что забыла подвеску, когда была у меня в прошлый раз. Сильно подозреваю, что она заявилась сюда, засунув несчастную вещицу в карман. Знаю, я чересчур подозрителен, но все-таки предпочитаю цинизм наивности. Когда ожидаешь худшего, тебя всегда приятно оказаться неправым. Что, впрочем, редко случается.

Может, это и не самый здоровый способ прожить жизнь, но я так живу с шести лет и за эти годы здорово сэкономил на разочарованиях.

Спустя минуту Джиджи возвращается.

– Мия остается, – резко заявляет она. – Ее подруга Кейт отвезет ее домой.

– Поехали, – тон Кейса не допускает возражений. Он жесткий и безапелляционный. Когда Кейс поворачивается к нам спиной, она оглядывается на Беккетта и одними губами произносит: «Прости». Беккетт только пожимает плечами и ухмыляется.

Все еще настороже, я марширую к передней двери и встаю там, наблюдая, как они идут к тротуару. Трагер печатает что-то на телефоне. Колсон негромко разговаривает с Джиджи, которая с каждым его словом выглядит все более раздраженной. Останавливаются они перед ее белым внедорожником.

Пусть это жалко, но я испытываю острое удовлетворение, когда Колсон пытается открыть дверь с пассажирской стороны, а Джиджи резко взмахивает рукой, явно указывая ему даже не садиться в машину.