Эффект домино. Падение

Самое главное сейчас — предупредить маму о том, что я жива и со мной всё в порядке. Очень надеюсь, что она не смотрит выпуски местных новостей.

Подкараулив за кофейным автоматом молоденькую медсестру, уговариваю её за оставшиеся семьдесят долларов продать мне свою спецодежду. Благодаря раннему утру в больнице почти никого нет, поэтому она отводит меня в процедурный кабинет, где я в спешке надеваю её светло-голубую форму прямо поверх футболки и джинсов. Без денег ты никто, а с деньгами — никто в медицинском костюме.

Я ни разу не навещала здесь маму, поэтому мне предстоит тот ещё квест. Изучив схему госпиталя, размещённую на стене, иду к лестнице для служебного персонала, чтобы не привлекать к себе ненужное внимание. Кардиологическое отделение находится на втором этаже, поэтому в его главном холле я оказываюсь уже через минуту. В нос ударяет больничный запах антисептиков и лекарств, который ассоциируется у меня не со стерильностью, а с болезнями и страданиями. Не хочу погружаться в подобные чувства. Поскорее бы проведать маму и убраться отсюда подальше.

Осталось найти нужную палату и деликатно обрисовать маме сложившуюся ситуацию, не доводя до инфаркта. А что мне делать потом? Возвращаться в Сан-Диего и ждать на автобусной станции Второе пришествие Христа? С какой стати мне сейчас верить Брайану, замешанному в каких-то тёмных делах?

Когда прохожу мимо двести пятнадцатой палаты, метрах в десяти от меня замечаю несколько подозрительных личностей в чёрном, беседующих с врачом. На фоне светлых стен они выделяются жирным угрожающим пятном. Неосознанно замедляю шаг, потому что в одном из них я совершенно точно узнаю того парня, который направлял на меня пистолет в автобусе. Не успеваю подумать о пути отступления, как меня резко хватают сзади за руку, вынуждая развернуться так, что я едва не утыкаюсь носом в широкую грудь.

— Молчи и спокойным шагом иди за мной, — этот низкий голос леденит мою душу, мгновенно запуская в организме механизмы, которыми я так и не научилась управлять.

Всё моё тело охватывает тревога. Я начинаю волноваться, и меня бросает в холодный пот. Брайан всё ещё держит мою ладонь в своей, а я так и не решаюсь посмотреть в его глаза. Он избавляет меня от этого сам, потому что довольно грубо начинает тянуть в сторону лестничной площадки. Но вместо того, чтобы спускаться вниз, он спешит наверх, перепрыгивая через ступеньку. Спустя три пролёта меня начинает одолевать сильная одышка, и я резко останавливаюсь, выдёргивая свою руку из цепкого захвата.

— Я больше не могу, стой, — опираюсь на перила обеими руками, опуская между ними голову.

— Нет времени стоять! — Брайан снова пытается схватить меня за запястье, но я сопротивляюсь, наконец, поднимая своё лицо.