Эффект домино. Падение

— То есть? — оторопело взираю на него, вспоминая все наши уроки, на которых мы оба понимали, что водим друг друга за нос.

— Я узнал об этом в первый же день после твоего ухода. Вспомнил про сертификат в ящике, — его улыбка становится шире, отчего подсыхающая ранка снова трескается, и из неё начинает сочиться кровь. Осторожно вытираю её пальцем, продолжая слушать. — И тогда я понял, что нравлюсь тебе.

— С чего вдруг? Может, мне просто нужны были деньги?

— Ты могла сделать вид, что ничего не знаешь, но, тем не менее, пыталась вывести меня на чистую воду, — с озорным блеском в глазах он поднимает одну мою ладонь и целует в подушечку указательного пальца.

— Я верну тебе всё, Брайан. — Виновато опускаю голову. — Кроме тех денег, что я отдала Стивенсу, и потратила на новую одежду.

Выражение его лица молниеносно меняется на хмурое и сердитое. Он несколько секунд изучает моё лицо, а потом тоном, не терпящим возражений, произносит слова, которые мгновенно превращают многоточия моих сомнений в чёткую точку.

Слова, которые отпечатаются в моей памяти на всю оставшуюся жизнь и на какое-то время вознесут до самых небес:

Мы уже полдня проводим на пляже Малибу для сёрферов. Вода в ноябре, конечно, не парное молоко, но вполне сносная. Я должен был своими глазами увидеть все выкрутасы, которые может проделывать эта девчонка. Когда она уверенно встала на доску при виде приближающейся волны, мне показалось, что я увидел какое-то неземное создание. Она с такой лёгкостью скользила по водной преграде, словно летела, широко расправив крылья! А я… Я просто стоял в воде и наслаждался видом, давая ей возможность продемонстрировать передо мной своё мастерство.

— У тебя есть мечта? — спрашивает меня Кассандра, протягивая ладонь с раскрошенными крекерами чайке, подглядывающей за нашими обжиманиями вот уже минут пятнадцать.

Я недоволен. Ради этой наглой птицы, порывающейся сунуть свой острый клюв в наш пакет, она прервала поцелуй.

— Прямо сейчас я мечтаю отправить эту претендентку на гриль вон в ту забегаловку, — и раздражённо машу рукой в сторону небольшого кафе, специализирующегося на жареных крылышках и прочей вредятине.

Кассандра начинает заливисто смеяться, а я показательно надеваю солнечные очки и, закрыв глаза, укладываюсь спиной на нагретый песок.

Не отзываюсь. Хочу, чтобы посуетилась возле меня сама. Хочу её инициативы. Хочу её, черт возьми… Внезапно перед глазами становится темно. Разлепив веки, вижу над собой Кэсси, загораживающую солнце. Моё персональное затмение. Она стоит надо мной, расставив свои ножки в соблазнительных облегающих шортах по обе стороны от моих ног. Продолжаю молчать и лежать, не меняя положения.