Ее сводные монстры

Меня обнимают, крепкая мужская рука, спиной откинулась на грудь Арона и ощущаю, как она вздымается, как тяжело он дышит.

Тянусь за вином.

Болтаю бокал и жидкость, багровая, на кровь похожая, плещется по стенкам, так завораживающе, сижу и смотрю на вино.

- Успокоилась? - спрашивает Николас, и я перевожу взгляд на мужа.

- А ты как думаешь? - отвечаю вопросом, с вызовом, между ягодиц удобно пристроился член его старшего брата, могу ли я быть спокойна.

- Думаю, что пора поговорить откровенно, - Николас отпивает вина. Я кошусь на другой стол, на ужин, его накрыть не успели, у нас тут лишь приборы и вино. Николас придвигается на стуле ближе. - Готова?

- Откровенно разговаривать?

И к этому не готова тоже, мне совсем не нравится то, что происходит, мы не болтать собрались, я вопросов не хочу.

Но их не избежать, по лицам братьев вижу.

Киваю.

- Тогда начнем, Алиса, - говорит Николас.

И ставит бокал.

Глава 70

- При слове “удовольствие” - что приходит на ум? - спрашивает Николас."

"Прошлая ночь. И эта троица, с которой мы сидим сейчас за столом.

Николас пьет вино и смотрит на меня, ждет ответа, и я тоже смотрю на него, и не знаю, как отвечать. Может, он что-то другое услышать хочет, какой-то подвох здесь чувствую.

Но врать ему не хочется, и я молчу.

- Помочь надо, наверное, - шепотом говорит Арон.

Ощущаю, как он слегка приподнимает меня. И напряженный член упирается в складки.

- Подожди, - ладонями упираюсь в стол, хочу встать, я так совсем соображать не смогу, если не остановится.

- Отвечай, не думай, - приказывает Николас.

- Я пересяду, - дергаюсь в сторону и охаю, когда сильная рука поперек меня хватает.

И горячий член толкается в складки.

- Что приходит на ум, - голос мужа, как у палача, он требует, и я сдаюсь.

- Вот это, - шепчу. И кусаю губы, твердый ствол скользит глубже в меня, признаюсь. - Когда вас здесь трое. И грубость. И грязные слова. И когда соски набухают так сильно.

Никогда не думала, что стану такой развратницей, без стыда буду говорить такие вещи мужу.

Член входит до упора.

Растекаюсь по Арону, в его тисках не дернуться, я и не пытаюсь, на нем сижу и от нетерпения все тело мелко дрожит.

Николас откидывается на стуле, глаз не сводит. Руки Арона сжимают бедра, он поднимает меня, и член скользит назад.

Резко опускает.

И я запрокидываю голову к потолку.

- Как долго может существовать любовь без секса, Алиса? - снова спрашивает Николас.

В голове все путается. Не могу я разговаривать, изнутри распирает, и это сбивает меня, молчу.

- Тебе вопрос задали, - Арон двигает бедрами.

Толчок глубокий, резкий.

Выпрямляюсь и упираюсь ладонями в стол. Напротив Виктор и Николас, цедят вино, не понимаю, зачем так мучить меня, сколько еще будет продолжаться эта беседа.

- Не бывает любви без секса, - все таки говорю, что думаю, как мне кажется.