Ее сердце

Куда катится мир…» Да, зрелище, действительно, не для слабонервных. Я ухмыльнулся, закрывшись учебником: это она еще не видела, что творится у Санни.

— Цвет изменить, брюхо оставить, — прошипела Роза из-за своего учебника.

Мы с Джеймсом воззрились на нее непонимающе.

Роза раздраженно вздохнула:

— Грог отменяем, пиво оставляем.

— Околеем же! — Недовольно прошипел в ответ Джеймс.

Мы помолчали, ожидая, пока Вектор прошествует мимо, вещая о правилах построения вероятностных кривых.

— А что, согревающие чары запретили?

Я энергично замотал головой:

— Гитары. Нельзя.

— Значит, теплые вещи у всех валлийская моль пожрала?

Вектор, привлеченная нашими шепотками, как бы невзначай остановилась за моей спиной.

«Под теплыми вещами мне твою грудь не видно!» — Написал я на полях конспекта и подвинул тетрадку Розе.

Роза показала мне средний палец.

— Высокие отношения! — Хихикнул Джеймс, чем лишил свой факультет трех баллов за болтовню на уроке.

Вектор, видимо, тоже не досталось сегодня «согревающего».

* * *Субботним вечером гостиная Хаффлпаффа напоминала стойбище оленеводов Крайнего Севера. Не то чтобы я точно знал, как выглядят оленеводы Крайнего Севера. Но мы, закутавшиеся в свитера, мантии, пледы, одеяла, покрывала, даже оконные шторы, и сползшиеся тесной толпой к камину, должны были очень походить на эскимосов в их меховых одеяниях.[1] Из каждого «кокона» виднелись только нос и рука, держащая бутылку пива. Вопрос, пить ли пиво или не пить вообще, был разрешен вполне предсказуемо. Исключение из правила составил Хью — он держал здоровенную кружку с кофе, и мы с Санни — из наших одеял гордо торчали гитарные грифы.

Над замерзшими носами витала мысль о варке хотя бы глинтвейна, раз уж грог временно под запретом, но вина не было. «Не заказывали!» — Огрызнулся я, когда замерзающая общественность в лице Ала Поттера попеняла нам с Хью за отсутствие красного полусладкого. Натырить на кухне столько вина, чтоб хватило на всю честную компанию, представлялось весьма сомнительным.

Отсутствие горячительного и планирующееся присутствие профессора Поттера повергало «высокое собрание» в несвойственное ему уныние. Танцы не танцевались (а помогло бы согреться!), песни не пелись, даже пиво пилось вяло. Санни, похоже, оставила попытки расшевелить народ и теперь тихонько переговаривалась с Хью, периодически отбирая у него горячую кружку, чтобы погреть руки. Роза клевала носом в своем кресле — у нее по субботам была тьма-тьмущая факультативов, да и не выспались мы сегодня оба…

В конце концов мне это надоело. Я выпутался из пледа, раскутал гитару, кивнул Санни: присоединяйся, мол.