Её Итальянец

И он не мог не воспользоваться тем, что ему предлагали!

Жаждущие губы Макса прильнули к её груди. Они покусывали соски и тотчас нежно на них дули. Проводили языком, дразнили, оставляя влажной след в ложбинке.

Девушка металась в страстном порыве, даже попыталась освободить руки, но хватка Макса была крепка.

Бедра мужчины уверенным движеньем раздвинули ноги Нины и удобно устроились между ними. О нет, он ещё не собирался входить в соблазнительную плутовку, слишком сладкой она была, он ещё не до конца испил её женский нектар.

Макс перекатился на спину, потянул за собой девушку и усадил на свои бедра.

Изящная длинная спина с тонкой талией… обнаженные груди с сосочками-камешками… Раздвинутые бедра с томящей тайной…

– Тебе нравится? – едва размыкая губы и прикрывая глаза от накатывающегося наслаждения, прошептала Нина.

– Ты же знаешь, что, я без ума от тебя, piccoletta mia…

Маленькие ладошки Нины дотронулись до рельефной груди Макса, чуть-чуть задержались на его сосках и медленно скользнули вниз. Мышцы живота мужчины резко стали сокращаться, он шумно втянул в себя воздух.

А когда Нина скользнула ещё ниже, звонкий голос разрезал тишину.

– Нина?

И через секунду:

– Массимильано?!

Глава 4

То, что произошло дальше навсегда запечатлелось в памяти Нины, как самый большой позор в ее жизни.

И она сразу протрезвела.

Голос матери она узнает из тысячи, это и понятно. И когда она услышала его в столько компрометирующей ситуации, её реакция была неоднозначной.

– Мама? – неуверенно спросила она, почему-то смотря на Макса, потом пискнула и, как ошпаренная, вскочила с него, попыталась нырнуть под одеяло, но смятение и тело мужчины создали для неё непреодолимые препятствия.

– Черт побери, Елена!

Макс резко сел на кровати и расчетливым движением прикрыл бедра маленькой подушкой. То, что сейчас происходило в этой комнате, не должно было случиться ни при каких обстоятельствах. Но Нина слишком долго держала его на расстоянии, а сегодня смягчилась, и как результат – он забыл об осторожности.

– Что…Что тут происходит? – у Елены был ошарашенный вид. Она по-прежнему растерянно стояла в дверях и смотрела на свою дочь и пасынка. – Вы…вы занимались сексом?

У Нины тошнота подкатила к горлу, и она прикрыла глаза. Комната тотчас поплыла.

– Елена, тебе не говорили, что следует стучаться, прежде чем зайти в комнату? – раздраженно спросил Макс, оставив вопрос мачехи без ответа. Он не знал, что больше всего вывело его из себя: то, что его застали в щекотливой ситуации или то, что не позволили завершить начатое дело до конца.

– Это мой дом, – тщательно выговаривая слова, ответила женщина, переводя взгляды с одного на другую. – И я имею…

Она не договорила.

Нина с каждой проходящей секундой чувствовала себя всё хуже.