Единственный...

Но почему-то мы все же двигались навстречу друг другу. В полной темноте падали и вставали. В кровь разбивались, но все еще шли вперед. Почему? Зачем? Не легче ли разорвать эту связь?

Ах, да. Я пыталась — не смогла.

Вырывала из себя нити, тянущиеся к Кириану. Кричала, хрипела и истекала кровью, но в итоге ничего сделать не могла. Только в его руках оживала и хотела прошлое послать к чертям, ведь лишь рядом с Агеластосом ощущала себя так, что терялась в чувствах, а с остальными была пустая, словно оболочка.

Так сложно. Или лишь тускло существовать, или жить, но благодаря тому, кто так же может вновь меня убить. Уничтожить.

А ведь второго раза я не переживу. Ни душевно, ни физически. Понимал ли это Кириан? Я не знала, но задавалась вопросом: Стоило ли все это риска?

Здравый разум твердо отвечал — «нет».

Но я сама, сгорая в руках Агеластоса, мысленно шептала «да».

— Если ты еще хоть раз причинишь мне боль, я тебе этого никогда не прощу, — прошептала очень тихо. Не хотела об этом думать, но вспоминая ту боль, которая раздирала меня на куски после «Зимнего вечера» понимала, что смысл моих слов имел совершенно другой смысл, чем могло показаться сразу — меня не будет, чтобы кому-либо что-то простить. Я уже ничего не сделаю. Вдох и выдох, а так же жуткая боль, импульсами проходящая по телу. Она являлась лишь отголоском того, что я испытала полгода назад, но сама того не желая, вспомнила о том, как не хотела выходить из озера. Желала там остаться навсегда. Я никогда об этом никому не рассказывала и никогда не расскажу. Даже думать об этом не желала, но сейчас, подходя к грани, вновь пропускала все это через себя. Нет, это делал здравый разум, в очередной раз пытаясь привести меня к правильному решению. Вот только, я все равно выбирала то, от чего следовало бежать.

Если бы я только знала к чему это чертово «да» приведет.

Кириан еще сильнее обнял меня, а, потом, отстранившись, взял за руку и вновь повел за собой.

— Куда ты меня ведешь? — мы вышли в коридор и я заметила, что он был полностью пустым. Только сейчас поняла, что уже идут занятия. — Черт, у меня началась лекция.

— Плевать на нее.

Если честно, мне тоже было не до занятий. От того, что моя ладонь была в ладони Кириана, я ощущала, как по телу пробегали искры и нечто внутри трепетало. Так же сознание буйствовало, пока что просто не воспринимая мысль, что мы с Кирианом опять вместе. Проклятье, я точно свихнулась."

"Мне стало не по себе, при мысли, что могут сказать мои родители и Ксенон, когда узнают об этих отношениях. Мне почему-то становилось жутко стыдно и я ощущала себя так, будто поступала очень подло. Папа решил уйти с работы, которой так сильно дорожил и любил лишь по той причине, что его начальник был отцом парня, который уничтожил меня.