Мой единственный

Я была готова исполнить свою часть этой мерзкой сделки, но Ричард категорически против. Он достаточно взрослый, чтобы отвечать за собственные решения, поэтому до алтаря дело не дойдет.

Граф презрительно фыркнул.

– Вы к алтарю даже не приближались, пока… но через семь месяцев…

– Простите, но через семь месяцев будет на четыре года дольше, чем следовало бы. Если вы немедленно не представите мне жениха, я больше не намерена ждать. Я официально отказываюсь от каких-либо обязательств, связанных с брачным контрактом. Я приехала к вам из вежливости, чтобы сообщить, прежде, чем это станет известно широкой публике.

– Понятно, – ледяным тоном произнес граф. – Вы позволите вашему отцу, еще не до конца оправившемуся от болезни, столкнуться с подобного рода скандалом только потому, что не желаете подождать несколько месяцев до венчания?

– Отец уверил меня, что выдержит любой шторм, – сухо ответила Джулия.

Граф спрятал лицо в ладонях, а когда через мгновение убрал руки, в нем произошла разительная перемена. Даже в его голосе вдруг послышалось неподдельное сострадание."

"– Вы должны понимать, что отец говорит вам только то, что вы хотели бы услышать, ведь он любит вас. Но я почитаю своей обязанностью предупредить вас, ради вашего же блага, что случится, если вы разорвете помолвку. Это дурно скажется не только на вас и вашей семье. Скандал разразится столь огромный, что может самым плачевным образом повлиять на состояние коммерческих предприятий Миллеров. Это очень расстроит вашего отца, что, в свою очередь, негативно скажется на его выздоровлении. Вы действительно хотите взять на себя вину за новый недуг отца? Не знал, что вы столь эгоистичны, девушка!

Джулия с трудом перевела дыхание. Этот мерзавец столь искусно прикрывает угрозы притворным сочувствием! Она знала, что граф ужасно жаден, но сваливать на нее вину, чтобы манипулировать ею…

Яростно сверкнув бирюзовыми глазами, Джулия произнесла:

– На каком основании вы желаете еще семь месяцев отсрочки? Я уже сказала, что виделась с Ричардом на прошлой неделе, и он вполне уверенно заявил, глядя мне в лицо, что не собирается жениться. Как вы можете повлиять на него, чтобы он передумал? Если не желаете мне все объяснить, милорд, нам больше нечего обсуждать!

Она блефовала. Граф вполне ясно дал понять, что не разорвет проклятый контракт и через целую вечность. Она не посмеет рисковать здоровьем отца.

И все же граф на этот раз ответил ей:

– Уговаривать Ричарда нет никакого резона. Ему нужно доказать ложность его убеждений. Его ждет наказание за долг, который он преднамеренно заставил меня выплатить, и за воровство, которое он совершил перед своим бегством.