Единственная женщина на свете

За деньги можно получить любой документ. А если я перемудрила и, увлекшись заговором против Берсеньева, проглядела очевидное: дело вовсе не в нем, а в ребенке? В той давней истории? Милка о ней что-то знала и погибла. А вслед за ней и Ольга. Ломакин там с какого бока? А Пронягин? Вчера Пронягин сказал, что это его ребенок, и слова его подтверждает факт: он четыре года исправно переводил деньги на его содержание. Интересно, как он отнесется к известию, что родить Ольга была не в состоянии? Может, светило все-таки дал маху, страдая с перепоя? А сейчас упорствует, не желая признать ошибку?

Я набрала номер сестрицы.

– Агатка, срочно разыщи девушек, которые работали вместе с Ольгой в «Бордо».

– У меня, между прочим, без того работы по горло.

– Работы много, а сестра одна. Так что сделай правильные выводы.

То ли сестрица выводы сделала и напряглась, то ли просто везение поперло, но уже на следующий день она позвонила и ворчливо сказала:

– Нашлась девица, которая работала в «Бордо» пять лет назад. На счастье, адрес у нее не изменился. Ольгу нашу помнит, сказала, что квартиру она снимала с двумя девчонками, Мариной Балыниной и Верой Сименых. Веру встретила месяц назад, та работает в баре «Пилигрим». Что с остальными – понятия не имеет. Уволилась она из «Бордо», когда все три девицы еще там обретались. Вышла замуж, родила детей и отношений ни с кем из прежних приятельниц не поддерживала. Со мной разговаривала сквозь зубы. Муж у нее уважаемый человек, и она поспешила забыть о ночном клубе, работу в котором считает пятном на своей биографии.

– Значит, бар «Пилигрим»? Придется наведаться, – сказала я."

"– Без надобности. Я туда уже заглянула. У Сименых сегодня выходной, так что встретиться с ней не удалось. Зато разжилась ее адресом. Улица Трудовая, дом пять. Встретимся там.

Где находится улица Трудовая, я понятия не имела, пришлось сунуть нос в карту города. Нашлась она в районе химзавода, туда я и направилась. Свернула на светофоре возле бассейна и начала поглядывать по сторонам. Вокруг гаражи и складские помещения. Я вновь уткнулась в карту, тут меня догнала Агатка на своей новенькой «Ауди» и посигналила.

– Давай за мной, – крикнула она, приоткрыв окно. Сестра в этих закоулках ориентировалась куда лучше, чем я, и вскоре мы въехали на Трудовую, крошечную улочку с десятком домов. Место, прямо скажем, малопривлекательное. Двухэтажный дом под номером пять оказался деревянным бараком, дверь подъезда распахнута настежь.

– Ну и дыра, – проворчала Агатка, выходя из машины.

Я пожала плечами, не желая комментировать данное утверждение, и мы скоренько оказались в подъезде.

Номер комнаты на обшарпанной двери был написан мелом, звонок отсутствовал. Агатка постучала, и мы стали ждать.