Единственная для Хранителя Закона

 — Все, что мне удалось заработать не как Хранителю, а как Моргелину Трегерету, я потратил на дом в Кальсторе и кусок земли у моря. Дом хороший, три этажа, вокруг небольшой сад и надежная ограда. А вот на земле ничего построить не успел. Там только скалы, сосны, трава. Да ты помнишь, наверное, мы же оба раза там на пикнике были.

Прикрыв глаза, я поблагодарила Лиарет: ее девочки сотворили чудо, и краске на моем лице не страшны никакие испытания. В том числе и горячие слезы, что заструились по моим щекам.

— Вернись ко мне живым, — хрипло прошептала я. — Каким угодно, но живым. Мне нужен Моргелин Трегерет, не Хранитель, не король и не повелитель чего-либо.

— Я сделаю то, что должен, — отозвался он. — И обязательно вернусь. Клянусь.

Взмахом ладони я заставила слезы исчезнуть. А после… После я вынудила себя улыбнуться.

— Я буду ждать.

Губы обжег отчаянный поцелуй. Острый, чувственный, он имел легкую нотку отчаяния и целое море надежды.

— Я разожгу для тебя самый огромный костер, — выдохнул Гел, — такой, которого в истории Сагерта еще не было.

— Костер? — переспросила я, пытаясь восстановить дыхание.

— Чудно, что вы закончили, — раздался деловитый голос алворига Нортренора, — а то мы неловко себя чувствовали. Вы готовы?

— Абсолютно нет, — хмыкнули мы с Гелом в унисон.

Но выбора не было. Мой любимый открыл портал на террасу, где мы замерли в ожидании входящего портала. По задумке все мы, Хранители Сагерта и их жены, должны одновременно открыть порталы на помост и так же одновременно выйти. Но, по здравому размышлению, задумку чуть-чуть переделали — порталы будут открыты с помоста, и мы сразу же шагнем вперед.

— Начинается, — коротко произнес Гел.

Дориан, стоящий позади нас, прерывисто вздохнул. Чары личины на нем еще не были активированы, и сейчас он просто изображал из себя того, кем и являлся, — боевого мага на службе Хранителя Закона.

Портал. Два шага, и вот мы стоим на помосте. Трое Хранителей слева, мы — их жены — справа. А вокруг людское море, плавающие прямо в воздухе разноцветные шары, какие-то мелкие юркие иллюзии и нежные цветы.

Я полночи сочиняла речь, но до сих пор не уверена, что нашла правильные и достойные слова.

Все звуки слились в какой-то единый шумовой поток. И только прохладная ладонь Лиарет позволила мне очнуться.

— Все хорошо, — шепнула жена Хранителя Теней. — Даже если мы ошибемся, сегодня на площади столько бочек с вином, что назавтра у людей будут более шокирующие воспоминания.

Поперхнувшись смешком, я благодарно шепнула:

— Спасибо.

Тем временем наши мужья закончили выступать перед людьми, и право слова перешло к нам. Первой заговорила Маэлин.

Она призывала людей идти учиться, рассказывала о новых курсах для тех, чья сила слишком мала.