Единственная для Дракона

- Клан пустынников задолжал нам, не так ли? - иронично спросил Даррен, приподняв черную бровь. - Жизнь драконницы за жизнь драконницы.

Лаэрд пустынников, поняв, какую ошибку сейчас допустил, с ужасом взирал на Даррена.

- Я в своём праве, - хмыкнул Даррен. - Твоя дочь - жива, но я имею права взять жизнь любой другой самки твоего клана. - У нас их всего три, -взмолился пожилой лаэрд. - Три на весь клан. Мы и так вымираем!

- Не моя забота,- пожал плечами Даррен, усаживаясь обратно на трон. -Однако... Черные драконы проявят милость, отсрочив наказание.

Лаэрд пустынников облегченно вздохнув, попятился назад, подальше от трона.

- Будут ли ещё вопросы у клана... или гостей? - обманчиво - мягко поинтересовался Даррен.

Клан зашумел, единогласно выражая свою поддержку лаэрду.

- Что ж, начнем, - кивнул Дракон. Махнув рукой Малькольму, Даррен воскликнул.

- Эррей подойди сюда.

Воин - дракон, отделившись от толпы, предстал перед троном.

- Ты, много лет верой и правдой служивший клану, достоин получить ценную награду за свой труд.

В зал, словно животное, на цепи ввели девушку - ту, самую, что сидела в клетке на площади замка. Через разорванную одежду проглядывали синяки, рассеченная губа кровила... Сама же девушка, всё ещё держась прямо, ненавидяще глядела на собравшихся возле неё драконов.

Прижав руку ко рту, я судорожно вздохнула.

- Так надо, маленькая, - поцеловав меня в висок, тихо прошептал Даррен. -Она виновна.

И тут же, отстранившись, громко повторил свои последние слова.

- Эта девица виновна в попытке убийства двух драконниц и лучшего воина нашего клана, - оповестил всех Даррен. - Как мы накажем эту эльфийку и её род?

- Смерть..! Вира!... Выжжем их поля! Выжжем их род!

Девушка, словно проснувшись, потрясенно оглядывалась по сторонам. Присутствующие в зале эльфы постарались отойти от неё как можно дальше, словно боясь запачкаться.

- Темная...

- Да нет, светлая.

- Полукровка...

- Мой род не виноват... - тихо шептала она... - Пожалуйста, не надо... Не причиняйте им зла. Они не сделали ничего плохого.

- Те драконницы, что ты похоронила во льдах, тоже не сделали ничего плохого, - скривился Даррен. - Однако их ты не пожалела.

- Я не хотела причинить вреда им. Только - ему, - и она кивнула в сторону Эррея. Воин Даррена в этот момент, сжав кулаки, едва сдерживался - по лицу его, по рукам серебрилась чешуя, выдавая истинные чувства мужчины.

- Что ж... - Даррен кивнул Малькольму, и тот подошёл к Эррею, поднеся воину что - то в дорогом бархатном футляре.

Открыв футляр, Эррей потрясённо взглянул на своего лаэрда. А затем упал на одно колено, выражая бесконечную тому свою верность и признательность.

- Мы можем помиловать твой род и твою семью, - обратился тем временем к девушке Даррен. - Если ты отречешься от них. От всего.