Единственная для черного дракона (СИ)

Наконец-то мы сможем убрать статью расходов на садовника. Во-вторых, будешь отвечать за уборку на кухне и в наших комнатах. Так же, за жеребцом Римана так же будешь смотреть теперь ты.

— Да, госпожа, — тихо ответила я, зябко поведя плечами, стоило нам оказаться на кухне.

Каас заметила этот мой жест и к моему изумлению она тут же наклонилась к поленнице и очень быстро закинула в печь аж три массивных палена.

Возможно, Каас самой стало холодно? Быть может, всё это мне лишь кажется? Как бы там ни было, не следует думать об этом слишком усердно. Все ответы есть там, где существует моя настоящая личность, и чем больше я думаю об этом, тем сильнее у меня начинает болеть голова. Я определённо не хочу вспоминать то, что предпочла забыть. В конце концов, разве плохо, что я могу располагать к себе людей? Разве не значит это, что так моя жизнь будет легче?

Дни потянулись странной вереницей. Сперва, было тяжело понять, что именно нужно делать, но я как-то быстро адаптировалась ко всему. Да и Каас на словах вверив мне много дел по дому, на деле позволяла ухаживать за лошадью Римана да готовить сад к зимовке. Если так подумать, меня с натяжкой можно было назвать служанкой. Я много гуляла, ухаживала за растениями да за лошадью. Постепенно из-за чопорной и неприступной оболочки Каас появилась женщина, которой было безумно одиноко в доме медведя-отшельника. Ей где-то не хватало общения, а где-то хотелось заботиться о… ребёнке? Да, думаю, именно так. Я стала подменой. Я чувствовала это. Но это вовсе не злило меня. Скорее, я была рада такой возможности закрепиться в незнакомом мне месте.

Как-то незаметно пришло время первого снега и первых настоящих подарков от Каас.

— Фэй! Иди сюда, заноза!

Голос Каас вывел меня из задумчивого созерцания того, как медленно кружатся пушистые снежинки в вечернем небе. Подсвеченные сизыми звёздами они блистали, оседая на голых ветвях деревьев, и я не могла найти в себе сил отвести взгляд. Мне казалось, я никогда не видела ничего прекрасней.

— Иду! — крикнула я, даже не думая шевелиться.

— Быстро! — шикнула на меня Каас, всё же заставляя выйти из оцепенения."

"С сожалением провожая взглядом очередную сияющую искру, оседающую на черной ветке яблони, я пошла ко входу ведущему со двора прямо на кухню.

Римана не было дома уже несколько месяцев и, как я поняла, это было нормальным явлением. Каас особо не переживала из-за его отсутствия, объясняя это особенностью его работы. Но каково же было моё изумление, когда я узнала, что за год он может появиться дома в общей сложности на месяц, а то и меньше.

— Ну, наконец-то! — воскликнула женщина, стоило мне переступить порог. — Для нас с тобой слишком холодно сейчас, не знала?

Я невольно улыбнулась.