Единственная для черного дракона (СИ)

После собрания женщины спешно удалились. Кто-то шёл в караул, но большая часть действительно ушла, чтобы надеть свои самые роскошные наряды, заплести удивительной красоты прически и подготовиться к праздничному ужину, где мы все будем петь, танцевать и играть на инструментах. Лишь нас четверых попросили остаться в зале.

Мы стояли перед великой матерью и не знали, что должны сказать и как себя вести. Всё происходящее никак не желало укладываться в головах. Это было так похоже на сон, что просто не могло быть правдой.

— Вы знаете, что для квисэн дети — это главная ценность, — вдруг заговорила она как-то тихо и по-особенному вкрадчиво. — Мне очень жаль, что я не сберегла ваше взросление, — продолжила она, заглядывая в глаза каждой из нас. — Есть один непреложный закон квисэн-е, который я и подумать не могла, что мне однажды придётся озвучить.

— Никто не мог, — вдруг заговорила Нэн, подойдя к великой матери и положив ладонь ей на плечо. — Но мы сестры и мы не предаем друг друга, не лжём друг другу, потому и ты должна сказать им.

Сейчас великая мать казалась как никогда обычной. Просто квисэн. Просто сестра, что едва сдерживает слёзы.

— Если бы вы были детьми, то перед началом этой битвы вас убили бы во сне, понимаете почему? — сказала она, судорожно вздохнув.

С нескрываемой болью во взгляде она посмотрела нам в глаза, точно в поисках хотя бы маленькой толики понимания.

— Квисэн не может жить в плену, — за всех почему-то ответила я, вдруг со всей ясностью понимая, что это действительно так.

Не потому, что это глупые принципы нашей общины. И, вовсе не потому, что таковы заветы предков, в которые мы верим. Всё просто и очень сложно — такова наша природа. Если демона нашей силы запереть в коробку и кормить крошками, то совсем скоро он обезумит от голода и разнесёт коробку, уничтожая всё на своём пути. Шагнуть в безумие можно, а вот выйти из него не так просто, как кажется. А, если говорить ещё точнее, то обратной дороги просто нет.

— Квисэн не может жить в плену, — вдруг сжав мою ладонь, повторила великая мать, встретившись со мной взглядом.

И такая боль вдруг захлестнула меня с головой. Я вдруг и впрямь почувствовала, что я её дочь. Настоящая дочь, которую любят и о которой безмерно переживают.

— Но вы уже не дети, — заговорила Нэн, — и не взрослые квисэн, — тяжело вздохнула она. — И всё же, вы знаете, как постоять за себя. Вы держали в руках меч, и пусть ваш демон ещё не проснулся, но вы уже гораздо сильнее любого степняка. Квисэн — это высшие демоны, а не какие-то мерзкие полузмеи, — с презрением выплюнула она.

— Мы думаем, будет правильно дать вам самим выбирать, — вновь заговорила великая мать.

Лично я поняла одно в этот странный вечер — выбора нет и не было.