Единственная для Буйного (СИ)

Оборачиваюсь, понимая, что добрела уже до вокзала. Стою рядом с кассами, зажав в руках деньги. На автомате всё сделала, не соображая. Выбрала самый простой вариант — сбежать снова. Как будто люди Буйного под окнами уже караулят.

Выдыхаю. Я прячусь от мужчины не первую неделю. Его люди все ещё меня не нашли. Вряд ли то, что Сабуров на свободе, что-то поменяет. Сейчас мне нельзя глупить! Если буду бегать и метушиться, то только привлеку к себе внимание. Нужно сидеть тихо. Вышел и вышел. Первый зэк на свободе что ли? Ничего. Он будет себе дальше свои делишки проворачивать. А я тут останусь. В крошечном городке, который едва ли больше, чем деревня. Мне тут хорошо. Может, Буйный вообще обо мне забыл.

""Ага, так и забыл. Ресторан сожгла, ноутбук разбила, отравила"" — напоминает мне внутренний голос о моих достижениях.

Отмахиваюсь. В любом случае я спряталась хорошо. Я убеждаю себя, заряжаюсь подобием уверенности.

По дороге домой захожу в магазин, покупаю продукты. На днях я получила зарплату, поэтому могу себя побаловать.

Загруженная пакетами, бреду в сторону пятиэтажки. Затылок покалывает от чужого взгляда. Я оборачиваюсь, но никого не вижу. А мурашки по коже ползут. Обвивает страхом.

Я замечаю вдали черный фургон. В таком когда-то меня отвезли к Буйному. Прямо на улице похитили.

Срываюсь с места. Пакеты тянут вниз, стеклянные бутылочки со звоном ударяются друг о друга. Голова кружится от бега, дыхание спирает. И мышцы начинают ныть. А бусик приближается. Всё ближе и ближе. И… Проезжает мимо."

"Дурочка! Хочется себя стукнуть. Придумала себе невесть что. Так можно и до сердечного приступа дойти. Это всё глупости! Я сама себя накрутила из-за того, что Буйный теперь на свободе. Но это ведь ничего не значит. Я продолжу жить, как и раньше.

Захожу в прокуренный подъезд. Морщусь от неприятного запаха, пока поднимаюсь по лестнице на нужный этаж. Я сжимаюсь, слыша мужские голоса. Низкие, хриплые, незнакомые. Несколько крупных фигур стоят возле окна, курят. Мажут по мне равнодушным взглядом, не пытаются остановить. Но сердце всё равно стискивается в нехорошем предчувствии. Соседей я успела выучить. Но этих никогда не видела.

Я быстро перепрыгиваю через последние ступеньки, мчусь домой. Нужно скорее оказаться в безопасности. Тогда я снова начну думать трезво.

Дверная ручка дергается под пальцами. Открыто. Почему открыто-то? Баб Зоя снова забыла закрыться?

Я захожу внутрь, окутывает темнотой. Нащупываю пальцами включатель, но свет не появляется. Пульс зашкаливает, в горле образовывается ком.

— Баб Зоя? — зову неуверенно. — Вы тут? — Мой голос начинает подрагивать.

Запах одеколона забивает легкие. Знакомый. Родной даже. Я не могу дышать.

Понимаю, чьи шаги слышу в комнате. Эмир! Он нашел меня.