Единственная для Буйного (СИ)

 — А мы поздно? Закрыто уже?

— Закрыто, — мужчина меня толкает вперед. — Для всех. Не собираюсь я с толпой ужинать. Вдруг ты опять что-то сожжешь к чертям? А мне компенсацию выплачивать.

— Тогда бы ты лучше проводку проверил. Вдруг тут плохое состояние? А виновата буду снова я.

Эмир грубо давит на мои плечи, усаживая за столик в центре зала. Но зато перед этим стул мне отодвинул. Везде свои плюсы. Главное на них смотреть.

Рядом с нами тут же появляется официант. Ставит перед Эмиром пузатый стакан с выпивкой, мне вина наливает. Я с волнением принимаю меню. Никогда в таких местах не была. Все блестит от лоска. Названия незнакомые и сложные. Я невольно вспоминаю рестораны Буйного. Там всё было не так пафосно и помпезно, но тоже очень красиво. Страшно представить, сколько он денег потратил. А я всё испортила…

— Эмир, — разглаживаю пальцами тканевую салфетку. — Но… Там ведь не сильно всё пострадало? Я просто… Я боялась тебя, ты чуть меня в уборной не взял. А я… Я не хотела, чтобы кто-то пострадал или сгорело сильно…

— Нормально всё. — Обрубает Эмир, бросая телефон на стол. Смотрит на меня внимательно. Улыбается немного. И я верю, что действительно всё нормально. Просто мужчине нравится меня стебать постоянно.

— Простишь за это? — Неловко улыбаюсь. Пытаюсь невинным взглядом разжалобить мужчину. Но он внезапно становится очень серьезным. Хмурый, челюсть сжата. А в темноте глаз привычные огни злости вспыхивают. Волоски на руках становятся дыбом, оповещая об опасности. В груди давит. А я не понимаю, чем вызвала такую реакцию. Опять лишнее сказала?

К счастью, меня спасает официант. Эмир на него переключается.

Взглядом зыркает, парень мигом улетает.

— Я выбрать не могу, — я пытаюсь сгладить углы. — Не понимаю в этих названиях, — признаюсь пристыженно. — Что-то слышала, но что это… Ты можешь мне помочь?

Эмир фыркает, глаза закатывает. Но руку за меню протягивает. А я этим пользуюсь. Пересаживаюсь на его сторону. Под бочок этому ворчуну. Чувствую, что всё ещё напряжен. Из-за собственных мыслей. Но я отвлекаю.

Веду пальчиками по руке, поглаживаю. Украдкой взгляд бросаю, сталкиваюсь с его внимательным. Лицо покалывает, а улыбка сама появляется.

— Иди сюда, кукла. — Глаза закатывает, меня за плечи обнимает. Вот, я же говорила! Немного ласки, и дикий зверь уже мягче.

Эмир сам выбирает для меня блюдо, я соглашаюсь. Даже интересно, что он выбрал. Вряд ли стал бы подставлять."

"Мужчине постоянно звонят. Он напрягается, разговаривает с кем-то рублеными фразами. Понимаю, что у него проблемы. Какие-то серьезные разборки. Мне жаль, что я ничем не могу помочь. Совсем ничего не знаю, что происходит в его жизни. А поддержать ведь хочется. — Всё, по Дикому завтра.

Я напрягаюсь, слыша знакомое имя.