Единственная для бандита

Я подскакиваю с места, как мячик, устремляясь за ним.

Мы идём по коридору. Ещё не знаю, куда Леон ведёт меня. Но между нашими телами есть довольно много свободного пространства. Мы очень близко и в то же время между нами будто стена отчуждения.

Будет нелегко. Сможем ли мы забыть то, что было перед самым моим отъездом из Италии? Или то, что он говорил при родах? Леон плевался ядом ненависти и открыто желал мне смерти.

Не знаю, сможем ли мы быть вместе, как раньше. Прощу ли я… себя за то, что довела ситуацию до такой степени запутанности?!

Леон останавливается возле двери, толкая её ладонью.

— После тебя, — говорит он, пропуская меня вперёд.

Не помню, когда ещё в другой раз мы общались с Леоном так церемониально. Не было такого. Ни разу. В другой раз он бы просто затащил меня и…

— А-а-а-ах! — кричу от неожиданности.

Потому что едва я переступаю порог комнаты, как Леон вихрем подносится ко мне и сжимает в объятиях. До хруста. Его объятия — это капкан, из которого не выбраться так просто. Он не позволит сбежать своей любимой добыче. Я едва дышу… Цепляюсь за широкие плечи, налитые мускулами, чтобы не упасть. Но он и не собирается меня отпускать.

Леон стискивает меня крепче с каждой секундой. Алчные губы шныряют по моему лицу, целуя губы, щёки, глаза, полные слёз… От него не спрятаться и не убежать.

— Теперь ты — моя. Запомни. Это второй шанс. Для нас двоих. Я не позволю его упустить. Ни тебе, ни себе! — обхватывает лицо ладонями. Произносит по слогам. Стирает мою слабую волю в порошок. — Ты — Моя.

— Я тебя люблю! — всхлипываю едва слышно. — Прости за измену и предательство… Прости.

— И ты прости. За то, что был груб. Наговорил много лишнего. Вспылил. В голове перемкнуло. Это был не я. Кто-то другой. Демон, одержимый тобой! — выдыхает в губы и мгновенно овладевает моим ртом.

Его язык вонзается глубоко и неистово. Я отвечаю Леону со стоном. Соскучилась. Не чувствовала себя живой без него. Каждая клеточка тела ноет от желания быть ещё ближе и откровеннее.

Одежда летит в стороны разорванными клочьями. Резко. Грубо. Леон сдирает и рвёт. Зубами. Пальцами.

Зверь…

Одержимый и голодный по мне.

О боже. Сейчас Леон напоминает мне того, кем был раньше. Только теперь нами пройдено так много, что жизни связаны крепко-накрепко.

Оставив меня полностью обнажённой, Леон внезапно опускается на колени и целует живот. Смотрит при этом прямо в глаза, не прерывая зрительного контакта.

Опускает поцелуи ниже и ниже, разводит набухшие складочки пальцами, ударяя языком по чувствительному бугорку плоти. Вскрикиваю громко. Зарываюсь пальцами в короткие, жёсткие волосы. Отклоняясь немного назад, предоставляю любимому больше свободы действий.