Единственная для бандита

Их уже схватили. Как только я получил угрозы, знал, что так будет. Предвидел, что меня выманят, чтобы убить и расправиться с остатками семьи. У них ничего не вышло. Ничего…

— Да? — смотрю с мольбой в тёмные глаза бандита, не веря. — Я хочу услышать?

Морщась от боли, Леон вытаскивает телефон и набирает номер Алонзо. Через несколько гудков старик отвечает:

— Да? Ты разобрался?

— Разобрался, — отвечает Леон. — Пришлось пожертвовать частью бизнеса в России. Очень большой частью, пообещав его чинушам за возможность разделаться со Злобиным и засадить за решётку ублюдков, оставшихся в живых, до конца их жизней.

— Это малая часть. За спасение твоей семьи, — скупо отвечает Алонзо.

Я всхлипываю, услышав на заднем фоне требовательный крик младенца. Это мой сыночек. Как же сильно я хочу его увидеть и обнять!

— Алина? — неожиданно тепло обращается ко мне Алонзо. — Твой сын ждёт. С возвращением в семью…

— С возвращением в семью, — повторяет Леон, запирая меня в клетке сильных объятий. — С возвращением, Любимая. Единственная…

Глава 30.

Перелёт в Италию и поездка до поместья проходят, словно во сне.

Прибытие в поместье Моретти. На крыльце выстроилась вся прислуга полукругом, а в центре стоит Алонзо с крошечным свёртком на руках. Машина медленно подъезжает, а у меня случается дежавю.

Дурацкое подсознание опрокидывает меня в прошлое. Мне кажется, что я только беременна и приезжаю сюда впервые, чтобы выносить для жестокого мафиози ребёнка и отдать его. Я трогаю руками свой живот, перед глазами всё плывёт в ядовитом тумане.

— Мы приехали, любимая. Ты дома…

Ты дома.

Что?! Где я?! Неужели… Мне так сложно поверить. Сложно пошевелиться. Сложно сделать хоть что-то. Я боюсь даже дышать. Сижу на месте, как приклеенная.

— Лина…

Я смотрю на протянутую руку Леона. Он терпеливо дожидается, пока я выйду из автомобиля. Но я дико боюсь сделать это. Мне кажется, что стоит только выйти, и всё вернётся в исходную точку.

Должно быть, я просто схожу с ума, но я… страшусь, что круг замкнулся и я вечно буду крутиться в нём. До конца времён. Одно и то же… Одно и то же.

— Лина, что с тобой?! Лина?!

Леон вытаскивает меня из автомобиля, держа бережно. Но я… падаю вниз. Сознание уплывает в черному. Слышу отдалённые крики, среди них крик младенца. Моего сына… Я так хочу увидеть тебя, маленький!

* * *— Напугала же ты меня, маленькая…

Я открываю глаза. Леон стоит возле кровати на коленях, целуя мою руку. Его тёмные глаза полны боли и сожаления. Он держится за мои пальцы, сминая их.

— Ты упала в обморок. Мы вызвали тебе врача. Он осмотрел тебя, выписал постельный режим, сказал, что у тебя… — Леон прокашливается. — У тебя застой молока. Небольшое воспаление. Ты будешь лечиться здесь, у нас дома. К тебе будет приезжать команда специалистов.