Тайна поместья Эбберли

 – Я как раз в это время пью чай.

Когда они пришли в маленькую, тёмную, но очень уютную гостиную миссис Пайк, та поставила чайничек кипятиться, а потом нетерпеливо спросила:

– Что, Руперт устроил представление?

– Я бы не сказала, что это было представление. Но он… Он довольно острый на язык и обо всём говорит так, словно… Словно это вина его брата, что он болен или что он не настолько богат.

– Руперт такой, да, – закивала миссис Пайк. – На самом деле он хороший мальчик. Но он всегда честно говорил, что думает. Поэтому Энид с мамашей его и не любят. Нет-нет да скажет, что они приживалки. И что его дом заняли.

– На самом деле это не его дом, конечно. Но все знают, что леди Клементина в завещании отписала его Руперту. Дом в Кенсингтоне. Он ей тоже достался от какой-то тётки или вроде того. Она там никогда и не бывала. Говорят, небольшой, но в хорошем месте, стоял пустой несколько лет. А Роберт, младший мистер Вентворт, с семьей жил в каком-то пригороде, в тесной квартирке… Я уж не знаю, Роберт попросил или Мюриэл добилась, но леди Клементина разрешила им занять дом. Там у них и доктор был рядом, и школа для девочек хорошая, да и условия, конечно, не чета старым. В общем, они туда все вселились, документы оформили, и говорят, по этим документам они вообще ничего ни платили! Не то что леди Клементине, а даже за содержание дома. Так и не платят до сих пор. Леди Клементина деньги-то никогда не считала, все расходы взяла на себя… А Мюриэл устроила там театр… – миссис Пайк неодобрительно скривилась. – Разыгрывала из себя аристократку. Обзавелась знакомыми среди соседей, все богатеи, сливки общества. На последние деньги устраивала для соседей то пикники, то ужины, а дети потом неделями впроголодь сидели, на галетах и консервах. Очень хотела, чтобы её там своей считали… Не напрасно, надо сказать. Старшая дочка так и вышла замуж за сына какого-то богатея, в поло играет, на яхте катается. Говорят, что не очень ладно живут, но дети есть, двое уже…

– А что, Руперт заранее знает, что ему достанется?

– Да, леди Клементина не скрывала. Что какому университету, какую картину в какой музей… Большая-то часть, конечно, сэру Дэвиду отойдёт, но даже слугам кое-что отписано. До шиллинга мы не знаем, но много. Несколько тысяч фунтов.

– Как странно, что это так обсуждается…

– Когда столько денег, ничего не странно. Надо же ими распорядиться: тому родственнику что-то дать, другого не обидеть.

– А получается, что сейчас Руперт ничего не получает? Он жаловался, что не хватает денег.

– Ему ещё мало?! – возмутилась миссис Пайк. – Не знаю, сколько он получает, но его точно не обижают. Просто он… Понимаете, у людей, кто тяжело болен, всегда характер портится.