Тайна поместья Эбберли

Хотя, насколько я помню, даже в этом случае она бы не смогла запретить Дэвиду использовать фамилию Вентворт. Она этой фамилией не распоряжается. Хм… – Годдард открыл свою папку и достал карандаш из петельки. – Надо уточнить этот момент с юристом. Что-то я сомневаюсь, что такое вообще возможно. – Годдард закончил писать, а потом снова посмотрел на Айрис: – Так вот, Дэвид мог потерять свою чудную фамилию и, очень вероятно, ещё и все деньги, которые к ней прилагались. Если он каким-то образом узнал, что он не сын леди Клементины и она собирается лишить его всего, то у него был очень весомый мотив убить. И убить непременно до того, как она поговорит с поверенным. Оттуда и такая спешка: игрушечный нож вместо хорошего, прочного, и неудачное место убийства, где он был на виду. Ему пришлось действовать быстро.

– Нет, – сказала Айрис. – Всё не так.

– По-вашему, Фенвик лжёт? Всё выдумала?

– Она не знает всей правды.

– Нет, я знаю не всю правду, – ответила Айрис, – но достаточно, чтобы понять, что на самом деле произошло. Например, я знаю, как на самом деле зовут Руперта и почему именно его усыновила леди Клементина. Знаю, из-за чего разозлилась леди Клементина. Но про это вы ведь уже и сами подумали?

– Да, я подумал, – сказал Годдард. – Мы уже выяснили… Ладно, это вы, мисс Бирн, выяснили, из-за чего леди Клементина была так зла: она получила письмо из школы Руперта и узнала, что он солгал насчёт машины. Но это не значит, что у неё не было другого повода злиться. И черновик письма, с которым вы так носитесь, ясно говорит, что ссора была по другому поводу, не из-за машины и поезда. И мисс Фенвик говорит другое: леди Клементина хотела лишить права носить фамилию приёмного ребёнка. А приёмный, как мы теперь знаем, – это Дэвид.

– Ничего мы не знаем! – заявила Айрис. – Я уже говорила вам: Фенвик может ошибаться.

– Как же вам хочется верить в его невиновность… – разочарованно протянул инспектор Годдард.

– С этими детьми всё не так просто, как говорит Фенвик! Или вы на самом деле думаете, что из ниоткуда взялся какой-то случайный сиротка и Клементина Вентворт тут же бросилась его усыновлять?

– Никто не знает, что происходило у неё в голове. Но факт остаётся фактом: она поменяла детей, и тому есть надёжный свидетель. И у Фенвик есть доказательства.

– Именно. Мисс Фенвик мне ещё кое-что рассказала. Когда началась война, прислуги не стало, и Дэвиду взяли в няньки девочку из деревни, подростка. Она что-то там натворила и облилась горячим молоком, которое только-только вскипятила, и на Дэвида попало несколько капель. Фенвик говорит, что остались рубцы: два кружочка с горошину, под волосами, немного выше правого уха.