Тайна поместья Эбберли

Аллен наверняка думал, что они сейчас поедут в Эбберли, но Айрис была вынуждена его разочаровать. Она протянула ему блокнот, где был записан адрес миссис Хинсли, и попросила поехать туда.

– Это ненадолго, обещаю, – сказала Айрис. – Извините, что так задерживаю вас.

– Ничего, мисс. Ждать – моя работа! И ещё, у вас, это… – он потыкал пальцем в свои щёки. – На лице что-то чёрное.

Айрис вытянулась вперёд и заглянула в зеркало заднего вида.

На лбу, висках, щеках и подбородке была размазана типографская краска. А она так по улице шла… И фотокопию в библиотеке делала.

Она, кажется, действительно не в себе последнее время…

Айрис достала платок и начала оттирать чёрные пятна с лица.

Миссис Хинсли отвергла извинения Айрис и её предложение быстро спросить всё в прихожей и провела её в маленькую аскетичную гостиную, единственным украшением которой была широкая, чуть не на всю стену картина, изображающая Христа в роли пастыря. Дюжина белых овечек толпилась вокруг него на фоне пустынного, видимо палестинского, пейзажа.

– Я нашла несколько подходящих семей, – начала Айрис. – Вы ведь знаете многих в приходе и просто в кварталах рядом с церковью. Может быть, вам известно, что стало с детьми… У меня здесь небольшой список.

Судьбу одной семьи миссис Хинсли действительно знала, про остальных она никогда не слышала.

– И вот ещё, – Айрис развернула фотокопию статьи об исчезновении Тони Хьюза.

На копии лицо мальчика стало ещё больше похоже на плоскую белую маску.

– Вы что-нибудь знаете про эту семью?

– Они из нашего прихода, – сказала миссис Хинсли. – Католики. Мистер Хьюз всегда помогал церкви. Миссис Хьюз мы нечасто видели. До того… А после… Да, она заходила… Такое несчастье, – вздохнула миссис Хинсли.

– То есть вы их знали? – Айрис не могла поверить неожиданной удаче.

– Да, конечно. Я и родителей Рона Хьюза знала. Они приехали сюда откуда-то с севера. Первая жена от Рона сбежала… И он никак не мог её найти, чтобы оформить развод. Потом всё-таки нашёл и развёлся, женился на Марте. Они плохо жили.

– Во всех, – отрезала миссис Хинсли. – Во всех. Он хорошо зарабатывал, говорят, в депо его очень ценили, но он пил. Страшно пил… Поэтому денег у них никогда не было, дети ходили в обносках, вечно в долгах. Не знаю, как у него получалось: пьёт полночи, а на работу утром идёт – весь свежий, аккуратный, чистый как стёклышко. До поры до времени… Потом его уволили, конечно.

– А про Тони вы что-то знаете?

– Детей постарше я знаю, когда они начинают в церковь ходить или в воскресную школу, в хор… А Хьюзы все маленькие были, я их не знала, – покачала головой миссис Хинсли. – Когда Тони пропал, на миссис Хьюз столько грязи вылилось, мол, не уследила. Говорили, сама пьяная была.