Джоре (СИ)

— Так травили их в прошлом охотнички, чтобы шкуру не порченную выстрелом получить.

Я присел на корточки и посмотрел в немигающие глаза Ратки, вспомнился момент, как она ела такую же колбасу в лагере на полянке у Чертовой сопки. Также вспомнились слова Ярославны.

— Кушай, Ратка, кушай. Только не спеши, у меня еще есть кусочки, и своим кутятам скажи, пусть тоже кушают. Вас здесь никто обижать не будет.

Рысинное семейство, словно поняв сказанное, приступило к поеданию колбасы. Кушали они очень спокойно, никто не стремился утянуть какой-либо приглянувшийся кусочек у другого. Честно говоря, я был в какой-то легкой прострации от произошедшего. Из этой прострации меня вывел голос Белояра.

— А где тут моя каюта?

Мы проследовали в свои каюты и заняли противоперегрузочные капсулы, которые тут же подстроились под наши тела. Впереди взлёт и старт к новой неизведанной жизни…

Вокруг меня была какая-то нереальная тишина, казалось, что единственные звуки, которые я слышу, это звуки биения моего сердца. Всё происходившее, не вписывалось в мои представления о старте космического корабля. Внутри все поначалу сжималось в ожидании грохота, сильной тряски и громадных перегрузок. Но ничего подобного так и не случилось. Единственное, что я слегка ощутил некоторое время назад, было небольшой вибрацией. После этого, только нереальная тишина. Все мои попытки, вызвать главного искина на связь, закончились неудачей. Складывалось впечатление, что про меня все вокруг забыли. Размышляя об этом, мой взгляд упал на стоящую рядом с капсулой одноразовую тарелку с цветком папоротника. Взять один из цветков в свою каюту настояла Ярославна, за что в данный момент я был ей благодарен. Частичка родного мира находилась рядом и манила своим свечением исходящим изнутри цветка. Я не отрываясь смотрел на этот чудный цветок и какое-то умиротворение наполняло меня. Вдруг ко мне пришла мысль, а какой запах у цветка папоротника? Ухватившись за неё, попробовал уловить аромат цветка, но с первого раза ничего не получилось. Все естественные ароматы цветка перебивал запах пластика исходящий от одноразовой тарелки. Вторая попытка получилась более удачной, вспомнился совет знакомого врача-патологоанатома из морга, как отстраняться от нежелательных и специфических запахов. Совет сработал, запах пластика постепенно исчез, а все остальные запахи остались. Дальше лишние запахи убирались по той же методике, один за другим, пока не остался лишь запах цветка папоротника. Закрыв глаза я сосредоточился на нежном, еле заметном аромате исходящем от цветка.