Возвращение джинна

— Да! — сказал Игнат с чувством, отвечая обоим одновременно.

— Ну, и где мы будем искать старт-камеры? — осведомился Шоммер, возвращаясь к реалиям жизни. — Внутри этого левиафана заблудиться можно в два счета.

— Сначала нужно туда попасть.

— Допустим, через эти дырки. А дальше?

— Дальше Зари-ма включит свое внутреннее зрение и найдет стартовую зону терминала.

— Тогда пусть она заодно подскажет, где тут центральный вход. Чего зря ползать по башне в поисках люка?

— Сможешь? — посмотрел Ромашин на девушку.

Зари-ма зажмурилась, некоторое время вертела головой влево-вправо, открыла глаза.

— Эти дыры… они все ведут внутрь.

— А ты можешь сориентироваться, где в башне находится зал с кабинами метро? Те самые «ямы с огнем».

Зари-ма снова зажмурилась, склонив голову, прикусила губу.

— Вижу… не очень высоко… там такие большие трубы и округлые такие… паренхии-ма… у вас на Земле есть такие большие птицы…

— Да, вот эти округлости похожи на страусиные яйца, только очень большие.

«Мустанг» устремился к «бивню мамонта»…

Сердце сжималось, душа корчилась, но ум оставался острым и холодным, как лезвие кинжала. С одной стороны, Артем никогда не бежал с поля боя и не бросал товарищей в беде, с другой — он понимал, что надо во что бы то ни стало выбраться с кладбища моллюскоров живым и сообщить своим о том, что Ульрих Хорст каким-то невероятным способом завладел живым боевым роботом иксоидов и готов заявиться с ним в Солнечную систему.

Шахта энерговода, проделанная Червями, вывела группу из опустевшего изолятора, в котором когда-то сидел моллюскор, в нижнюю пещеру с устройством передачи энергии в мир Червей Угаага. Это устройство Зари-ма и ее сородичи у себя на родине называли «глазом Мраг-Маххура».

Из пещеры беглецы попали в тоннель, по которому и помчались прочь от могильника: впереди Артем, в хвосте отряда — кибер поддержки. Тоннель пересекся с другим таким же ходом, и Артем свернул, помня расположение деталей рельефа наверху и местоположение второго могильника, из которого вылупился моллюскор.

Внезапно стены тоннеля задрожали, заходили из стороны в сторону. Людей накрыла волна низкого гула.

Остановились, прислушиваясь к гулу, приготовив на всякий случай оружие к бою.

— Что это? — прошептал Роман.

Никто ему не ответил.

— Вперед! — бросил Артем, сжав зубы. — На форсаже! Не отставать!

Снова помчались по тоннелю в неизвестность и мрак, оглядываясь, ожидая, что их вот-вот настигнет моллюскор, свирепый и страшный, и превратит в лягушек. Или в кузнечиков.

Эта мысль пришла в голову Роману, и тот со смешком поделился ею с остальными. На что Филимон резонно заметил:

— Мы не принцессы, чтобы нас в лягушек превращать. И еще пусть попробует догнать.