Честь джентльмена

С трудом, приоткрыв глаза, она удивленно посмотрела на него: — Что?

— Я хочу знать тебя всю.

Она сразу замерла: ее внимание было полностью приковано к его действиям. Вот его палец проникает в ее влажные складки. Она вспыхнула.

— Еще шаг. Всего лишь один шаг…

Он медленно проник в нее пальцем. С трудом обуздывая свои собственные желания, Тони наблюдал, как она перестает замечать внешние события, полностью погружается в себя и сосредоточивает внимание на этом медленном проникновении его пальца в ее лоно. Хотя глаза ее были широко раскрыты, они ничего не видели. Не торопясь, он проник до самого конца, нежно надавил на мягкие ткани, а затем таким же медленным движением вернулся, дойдя кончиком пальца до плотно сжатого мускула, Потом он перевернул руку и повторил все это в противоположном направлении. Она спокойно лежала у него на руках, позволяя ему изучать ее тело даже еще более интимным образом. Ее широко раскрытые глаза говорили, о зарождающемся страстном желании.

Не обращая на это внимания, Тони продолжал соблюдать медленный ритм, а когда Алисия, наконец, застонала и подалась к нему навстречу, он стал ускорять темп и проникать все глубже, пока она не достигла кульминации: ее ногти впились ему в плечи, а все тело выгнулось и застыло неподвижно.

После этого он остановился, и она обмякла в его руках. Удивленное выражение ее лица, которое пропало только в момент экстаза, ясно говорило об одном: она никогда еще не испытывала такого наслаждения. Тони почувствовал, что его собственнический инстинкт удовлетворен: ведь он был первым, кто сумел доставить ей сексуальное наслаждение.

Он продолжал держать руку у нее между ног, глубоко погрузив в нее палец, и ощущал ее судороги — красноречивое свидетельство полного удовлетворения. Когда все ее мускулы расслабились, он проник в нее вторым пальцем…

Да, этот Альфред Каррингтон явно чего-то недопонимал. Но ничего, скоро придет их время!

Тони, наконец, вытащил пальцы из ее тела, одернул на ней сорочку и откинулся на спинку кресла. Не так просто контролировать себя, когда ноздри щекочет мускусный аромат, а на руках лежит разгоряченная полуобнаженная женщина.

Чтобы отвлечь себя от опасных мыслей, он стал думать над тем, что же они сделают в следующий раз.

Домой Алисия вернулась рано утром; в голове у нее царил полный сумбур, но тело было в превосходном состоянии. Первое являлось прямым следствием второго."

"Теперь она поняла то, чего не понимала раньше, — почему женщины позволяют себя соблазнять. Если события сегодняшнего вечера хоть в какой-то степени отражали все, что может совершить благородный любовник, то приходилось только удивляться тому, что некоторые женщины оставались девственницами по собственному желанию.