Честь джентльмена

— Кто же вы такой? Он молчал, и тогда она, сев поудобнее, продолжила:

— Вы же не станете утверждать, что любому человеку власти могут поручить разобраться с этим делом только потому, что он случайно наткнулся на мертвое тело, ведь так?

Тони выждал несколько секунд, а затем негромко произнес:

— Конечно, нет. Уайтхолл действует совершенно иначе.

Алисия молчала, ожидая продолжения; тогда он отвернулся и быстро прокрутил ситуацию в уме. Конечно, правила требовали от него соблюдения полной секретности, однако он вспомнил, в какую неприятную ситуацию попал Джек Хендон, не сказавший Кит всей правды. Джек думал, что оберегает ее, а на самом деле очень ее обидел и едва не оттолкнул от себя…

Тони снова посмотрел на Алисию, затем привстал и, стукнув по крыше, приказал кучеру:

— Поезжай к парку! — Он знал, что въездные ворота уже заперты, но зато на дорожках, окружавших парк, в это время было не слишком людно.

Экипаж тронулся, и теперь только вспышки мелькавших уличных фонарей освещали салон кареты. Тони откинулся на спинку сиденья, чтобы слегка расслабиться. Конечно, рискованно открывать ей всю правду, однако другого выхода он просто не видел…

— Я сказал мальчикам, что служил майором в кавалерийском полку.

Алисия попыталась высвободить руку, но Тони нежно сжал ее пальцы.

— Это действительно было, однако всего лишь несколько месяцев, а потом появился некий господин по имени Далзил, возглавлявший департамент в Уайтхолле…

Тони сообщил ей то, чего не открыл бы никому другому — ни тетушке Фелиситэ, ни даже своей матери; он подробно рассказал ей о последних тринадцати годах своей жизни. Говорил он совершенно спокойным и бесстрастным тоном — так, словно речь шла об очень далеком прошлом.

Алисия не перебивала его и ни о чем не спрашивала, так что было непонятно, слышит ли она его вообще.

Кроме того, Тони не знал, какова будет ее реакция. Как ни странно, многие люди, ради благополучия которых он и его коллеги не раз рисковали собственной жизнью, считали, что такого рода служба, основанная от начала до конца на обмане, выходит за рамки всякого приличия и те, кто причастен к ней, недостойны называться джентльменами.

Раньше его никогда не волновала мысль о том, что кто-то может таким образом отреагировать на факты его биографии, но теперь…

Конечно, Тони мог бы приукрасить мрачные факты, придать истории своей жизни больше блеска, но он понимал, что лучше рассказывать все как было.

В какой-то момент, описывая свою жизнь среди подозрительных субъектов в портах на севере Франции, он вдруг осознал, что слишком сильно сжал ее руку, и, спохватившись, разжал пальцы и замолчал.

И тут Алисия, подвинувшись ближе к нему, положила свою руку поверх его руки, а затем негромко произнесла:

— Это, наверное, было ужасно.