Чего желает джентльмен

– Господи, помилуй, – прошептал он.

Ханна улыбнулась, не открывая глаз, и прислушалась к гулкому биению своего сердца.

– Да уж, действительно.

Его раскатистый смех заставил засмеяться и ее тоже, когда Маркус, подхватив Ханну на руки, отнес ее на кровать, усадил на край и встал перед ней, пожирая глазами. Она облизнула губы.

– Что-то многовато на нас одежды…

Маркус распустил узел галстука и сорвал с себя рубашку.

– Мы это исправим.

С одеждой он управился быстро, подумала Ханна, даже слишком быстро для человека, привыкшего к тому, что его одевают и раздевают слуги. Она жадно разглядывала его грудь, плечи, бедра. Он был мускулистый и поджарый, кожа в пламени свечей отливала тусклым золотом. Грудь покрывали темные волоски, спускающиеся узкой полосой к самому животу.

Он не сводил с нее глаз – темных, загадочных, напоминая могучего дикого зверя, готового напасть – на нее! У Ханны перехватило дыхание, когда Маркус сел рядом с ней на кровать и сбросил обувь и брюки. Обнаженный герцог Эксетер в ее постели! Живот свело сладостной судорогой желания, и она задрожала от возбуждения.

– Копуша, – нежно произнес он, вскакивая на ноги.

Ханна растерянно хлопала ресницами. Она не сделала ничего, просто смотрела, как он раздевается. А теперь он раздевал ее, распустив узел атласной ленты, удерживающей ночную сорочку. Поцеловав ее снова, Маркус поднял подол – шелковая ткань с восхитительным шелестом пощекотала ее кожу. Оторвавшись от ее губ, он одним быстрым движением сбросил с нее сорочку. Ошеломленная Ханна чувствовала, как его пальцы гладят ее волосы, проворно расплетая косу, которую она старательно заплела на ночь.

– Я все гадал… – прошептал Маркус, проводя ладонью по ее спине.

– О чем? – спросила она. Намотав волосы на кулак, он потянул, заставив ее отвернуть голову.

– Я гадал, насколько далеко, – выдохнул он в самое ухо, отпуская волосы, которые упали ей на плечи. – Твоя кожа… – Его губы коснулись местечка под ухом – и Ханна ахнула. Как бы ей не растаять прямо на месте. – Насколько далеко заходит этот золотистый загар? – Его ладони скользнули вверх, чтобы обнять грудь. – И что ты для этого делаешь, когда выходишь на солнце.

– Я… – Ханна уронила голову ему на плечо, когда Маркус снова поцеловал ее в шею, обнимая грудь, сжимая пальцами соски. – Я всегда… – Он прикусил мочку ее уха. – Я… – Прижал ее к себе. Ханна почувствовала, как он напряжен и возбужден. Ее ноги ослабли.

– Ну? – Он оторвался от ее груди. Теперь его ладони гладили ее бока, пока не сомкнулись на талии. – Так что ты делаешь, дорогая?

– Забываю дома шляпу, – выпалила Ханна.

Он сжал ее руки так, что она не могла ими даже пошевелить. Ханна попыталась освободиться – напрасно. Вдруг Эксетер подтолкнул ее вперед.