Джекпот для миллиардера. Создана для тебя (СИ)

Взлетаем в три часа. Всего шесть часов, и я буду рядом».

Стягиваю с кровати покрывало, беру подушку и иду на палубу. Сооружаю на диване нечто наподобие гнезда и закапываюсь в него, как птичка ткач.

— Екатерина Владимировна?

— Доброй ночи, Андрей.

— Полуночничаете? — матрос улыбается.

Пара минут, и у меня в руках кружка с горячим кофе.

Не хватает только звезд. И диванчик бы пошире.

— Андрей, а можно вот чтобы звезды и диванчик?

— Екатерина Владимировна, так у Александра Игоревича в каюте можно убрать крышу.

— Пойдемте, я вам покажу.

Собираю в охапку одеяло, подушку и, с кофе в руках, плетусь обратно в каюту.

Андрей подходит к панели и нажимает на кнопки. Поднимаю голову и, как заворожённая, смотрю, как крыша с легким шорохом разделяется на две части и расползается в разные стороны.

— Спокойной ночи, Екатерина Владимировна.

Двумя глотками допиваю обжигающий кофе и заползаю в кровать, зарываюсь в подушки и одеяла. Прохладный морской воздух приятно бодрит.

— Ещё чуть-чуть, — шепчу я, глядя на звезды, и пальцем в небе рисую его портрет. — Совсем немножко.

Его руки везде. Они обжигают меня, ласкают и подчиняют себе. Я чувствую, как колотится сердце, глухими ударами бьется о ребра. Он наклоняется и шепчет:

— Родная, любимая, Катенька.

Вдыхаю его солоноватый терпкий запах и растворяюсь в нем, пропитываюсь, сливаюсь с ним на уровне молекул и клеток.

Я чувствую, как он нежно прикусывает мой сосок, они стали невероятно чувствительны, набухли и иногда даже болезненны. Он проводит по ним влажным языком, оттягивает зубами, слегка прикусывая. Тысячи молний пронзают меня, заставляя метаться по кровати, стонать и вскрикивать. Его рука опускается вниз, лаская меня. Я чувствую, что моё тело уже готово его принять. Его пальцы проникают в меня, нежно касаясь самых сокровенных мест, сжимая маленькую нежную горошинку. Я выгибаюсь дугой.

— Катя, родная, открой глаза.

Я открываю глаза и вижу его.

Его губы везде. Он целует мои глаза, щеки, губы. Я прижимаю его к себе. Не осознавая, что это уже не сон. Что это он. Мой единственный.

Из глаз брызнули слезы. Вытираю их запястьями и тянусь к нему, как умирающий от жажды к глотку воды.

— Господи, родная, как же я соскучился. Иди ко мне.

Я встаю на колени и поднимаю руки. Одним движением он снимает мою маечку и нежно руками берёт мою грудь, обхватывая её, и ласкает соски подушечками больших пальцев. Я запрокидываю голову, он подхватывает меня одной рукой под спину и аккуратно кладет на спину. Его язык очерчивает ареолу соска и прикусывает его зубами, слегка втягивая в рот. Я вскрикиваю. Он отстраняется.

— Не смей! — шепчу я, выгибаясь навстречу его рту.

Он дует на сосок, и тот сжимается в маленький камешек.