Джекпот для миллиардера. Создана для тебя (СИ)

Одновременный поворот голов, и обжигающий взгляд.

— Я люблю вас, мои девчонки.

Сашка обнимает нас обеих и целует. Меня в губы, Ларку в висок.

И сразу ловлю её волну:

— Я люблю его, не так как ты, но люблю. Он твой.

Слёзы льются из глаз. Всё сказано, не произнося ни слова, но сказано так, как есть. Невозможно обмануть на уровне поля, просто невозможно. И мы все знаем это. И одновременная мысль:

Она раскидывает нас, как кий биллиардные шары в Американке.

— Катя, что ты о нём знаешь? — Сашка отходит и садится в кресло. — Коньяк? — бровь вверх.

Я чувствую горячую волну, накрывающую меня, и тут же, твою мать, ловлю Ларискин понимающий взгляд. Ну неет! Я всё понимаю, но это наше! Кыш!

Лариска откидывает голову и смеётся. Тут же чувствую боль, и бросаю на Савицкого яростный взгляд.

— Прекращай своё форматирование! — цежу я.

Сашка смотрит внимательно, но не на меня… Ларка!

— Лариса! Иди к чёрту! — не выдерживаю я и кидаю в неё подушку, цапнутую с дивана.

Савицкий поднимает обе руки вверх и смеется. Вот ведь гад!

Застонав, плюхаюсь в кресло рядом с ним.

— Ну я просто попробовала, мисс Совершенство, — смеётся Лариска, садясь в последнее свободное кресло.

— Ну что, померялись силами? — хмыкает Сашка, выуживая из секретера пачку бумаги и ручку. — Можем начинать?

Я вздыхаю и киваю головой, одновременно с сестрицей, будь она неладна.

Три часа работы, сотни схем, нарисованные Сашкой, удобренные бутылкой коньяка. И всё впустую. В конце концов, я не выдерживаю и задаю вопрос, вытекающий из всей этой истории:

— И какого ты молчала, Кать? — Сашка вскинул голову и тут же набрал номер Ираиды.

Как обычно, на втором звонке.

— Ира, что вы не сказали мне по поводу Сергея Алексеева?

Молчание. Мать молчит, но мы все слышим тяжелое дыхание в трубке.

— Ира? — в голосе Савицкого ярость, которую невозможно скрыть. — Ты знаешь, что он жив?

Она откашливается и тихо спрашивает:

Ни удивления, ни страха, просто констатация факта: она знала, всё время знала!

— Через три дня. — цедит Алекс.

— Завтра жду вас всех. — сухо говорит мать и кладёт трубку.

Лариска шумно втягивает воздух и шипит, сжав кулаки:

— Не хочу! Не хочу её видеть! Это из-за неё! Всё из-за неё.

А у меня даже нет сил ей возразить, ни одного аргумента!

Сашка курит одну за одной, стоя у окна. Его опять нет! Вместо его тепла пустота и холод.

— Кать. — Ларка протягивает руку и накрывает мою ладонь. — Ну как вы? Как Сашка? Я скучаю по нему.

Она улыбается и вздрагивает.

— Странно, когда он был рядом, я ничего, — хриплый шёпот, — ничего к нему не чувствовала. Так, помеха. А сейчас… Как подумаю, сердце разрывается от боли и вины. Женька сказал, что…

Сашка оборачивается и смотрит на неё. Во взгляде усталость и растерянность.