Джек Ричер, или Дело

Поэтому тот, кто сделал это, может попросту уйти отсюда и продолжать беззаботную жизнь. Но вот откуда армии известно, кого я не могу арестовать? И, кстати сказать, я могу арестовать кого угодно. Поэтому мне вся эта история кажется просто безумием.

— Я не знаю, кто это, — сказал я. — Не знаю. По крайней мере, пока.

Обед прошел почти в полном молчании. На десерт нам подали пирог. Персиковый, настоящий. И кофе. Я спросил ее:

— А эта пиар-команда из Келхэма заходила к тебе?

Она утвердительно кивнула.

— Как раз перед тем, как я пошла на обед.

— Так, значит, тебе известно, что произойдет вечером.

— В восемь часов, — подтвердила Элизабет. — Все будут вести себя, как положено.

— Тебя это устраивает?

— Они знают правила. И если они не станут их нарушать, то и я не создам им никаких затруднений.

И тут зазвонил телефон. Деверо, быстро повернувшись, посмотрела в сторону двери таким взглядом, словно впервые слышала звонок телефона, установленного в кафе. В принципе, такое было возможно.

— Это звонят мне, — сказал я и, подойдя к телефону, снял трубку.

— Хочу сообщить вам транспортные данные, — сказал он, — если они вас интересуют. У Рида Райли, как вам известно, больше нет автомобиля, поэтому он взял на этот вечер обычную машину желто-коричневого цвета в гараже базы. Он поедет на ней, и его единственным пассажиром будет отец. В гараже получен приказ о том, что машина должна быть готова к восьми часам.

— Спасибо, — сказал я. — Это важная новость. А на какое время назначена поездка обратно на базу?

— На сегодняшний вечер установлен комендантский час, начинающийся в одиннадцать часов. Об этом официально не объявляли, все говорится шепотом, но именно так и будет. Как говорится, несколько кружек пива — это вполне нормально, а вот перебор — это уже лишнее. Поэтому люди начнут выбираться из города, начиная с десяти часов тридцати минут. Самолет сенатора должен стоять на взлетной полосе в полночь.

— Важная новость, — снова сказал я. — Спасибо. А сам он уже прибыл?

— Двадцать минут назад на армейском «Лире».

— Торжественные мероприятия уже начались?

— Первое появление состоится примерно через час.

— Вы принесете мне записи своих разговоров?

— Есть два момента, которые я хочу уточнить. Как только вам покажется, что сенатор собирается задержаться в каком-то месте — ну, скажем, минут на десять, — вы сможете принести мне их в кафе?

Мунро согласился, и я, повесив трубку, пошел к своему столику. Но Деверо уже собралась уходить.

— Прости, — сказала она. — Мне надо возвращаться на работу. Слишком много дел. Ведь на мне висят три нераскрытых убийства.

Обойдя меня, она направилась к двери.

Ожидание. Некоторое время я уделил прогулке.