Джек Ричер, или Враг

Не роман. Мемуары. Уголки страниц были загнуты и потемнели от времени. От книги слегка пахло плесенью. Заголовок имел какое-то отношение к железным дорогам. Я открыл книгу и заглянул внутрь. После титульной страницы была помещена карта железных дорог Франции в 1930-е годы. В первой главе говорилось о том, что все ветки сходятся на севере в Париже, а потом веером расходятся на юг. Невозможно отправиться путешествовать, не проехав через столицу. Франция – сравнительно небольшая страна с огромным городом. Большинство наций поступают так же. Столица всегда остается в центре паутины.

Я посмотрел в конец. Там имелась фотография автора, месье Ламонье, только на сорок лет моложе. Однако я сразу его узнал. Под фотографией было написано, что он потерял обе ноги во время сражений в мае 1940 года. Я вспомнил, как напряженно он сидел на диване в гостиной моей матери. Вспомнил его трости. Вероятно, у него были протезы. Деревянные ноги. То, что я принял за костлявые колени, являлось сложным шарниром. Далее в книге говорилось, что он создал Le Chemin de Fer Humain – Человеческую железную дорогу. Президент де Голль наградил его медалью «За участие в движении Сопротивления» и британским крестом Святого Георга, а также американской медалью «За выдающиеся заслуги».

– Что это такое? – спросила Саммер.

– Похоже, я только что встретил старого героя французского Сопротивления, – ответил я.

– А какое он имеет отношение к твоей матери?

– Может быть, она и Ламонье были когда-то друг в друга влюблены.

– И он решил рассказать об этом вам с Джо? О том, каким замечательным человеком он был? В такой момент? Не кажется ли тебе, что это слишком эгоистично?

Я почитал еще немного. Как и в большинстве французских книг, в ней использовалась причудливая грамматическая конструкция – простое прошедшее время, которое встречается только в письменной речи. Если французский язык не является для вас родным, то при чтении возникают некоторые трудности. Первая часть книги показалась мне не особенно захватывающей. В ней с подробностями рассказывалось, что пассажиры, прибывающие на Северный вокзал с севера и желающие продолжать движение на юг, вынуждены пересекать Париж пешком или на машине, чтобы добраться до другого вокзала – Аустерлиц или Лионского и пересесть на поезд, направляющийся на юг.

– Здесь идет речь о чем-то, называемом Человеческой железной дорогой, – сказал я. – Только людей пока что упоминается мало.

Я передал книгу Саммер, и она принялась ее листать.

– Книга подписана, – сказала она.

Саммер показала мне первую пустую страницу с выцветшей надписью. Синие чернила, аккуратный почерк. Кто-то написал: «À Béatrice de Pierre». «Беатрис от Пьера».

– Твою мать звали Беатрис? – спросила Саммер.

– Нет, – ответил я. – Ее звали Жозефин.