Джек Ричер, или Дело

Потом я увидел, что ситуация приближается к положению «пятьдесят на пятьдесят», но эти двадцать восемь унций вдруг развернули его в каком-то совсем новом направлении, и с этого момента у меня не осталось никаких сомнений в том, что он хочет, чтобы удар пришелся именно на заднюю область шеи, только на нее и ни на какую больше. Прочь все сомнения. Этот человек умрет. О чем я не пожалею.

Может быть, если только в практическом смысле.

Я вынул не разрешенную здесь «беретту» из кармана своей шинели класса А и, наведя пистолет на Фрейзера, подержал так некоторое время. На всякий случай. Надейся на лучшее, планируй худшее. Но полковник не двигался. Да он и не мог двигаться. Может быть, только веки. Его шея потеряла устойчивость в самой верхней части. Казалось, что позвонков в его теле вообще не было. Череп соединялся с телом только лишь посредством кожи.

Я оставил его там, где он лежал, и собрался отойти в центр комнаты, чтобы осмотреть, в каком виде я оставляю поле боя, как вдруг дверь открылась.

И вошла Френсис Нигли.

Она была в камуфляже сухопутных сил, руки в тонких резиновых перчатках. Внимательно осмотрев комнату один раз, а затем и второй, она сказала:

— Надо перенести его туда, где находится картина.

Я стоял, не проявляя желания двигаться.

— Давай, и побыстрее, — велела она.

Заставив себя шевелиться, я перетащил его туда, куда Фрейзер с наибольшей достоверностью мог свалиться, вешая картину. Он мог упасть спиной вниз и удариться о край стола. Расстояние казалось вполне подходящим для такого исхода.

— С чего ему падать? — поинтересовался я.

— Он вколачивал гвоздь, — объяснила Нигли. — Отклонился, когда увидел, что гвоздодерная прорезь слишком приблизилась к его лицу при замахе. Просто спонтанная реакция. Его ноги запутались в ковре, когда он отклонился и отпрянул назад.

— Ну а куда делся гвоздь?

Она взяла его со стола и бросила на пол у основания стены. Тот слабо звякнул, упав в узкий промежуток между кромкой подстилки и стеной.

— Он-то как раз на месте, — ответила она. — Всё, нам надо идти.

— Мне надо стереть из расписания встреч мое назначение.

Вынув из кармана листы регистрационной книги, Френсис их показала мне.

— Все уже сделано, — объявила она. — Ну, пошли же.

Нигли провела меня вниз по двум лестничным пролетам, затем мы прошли по коридору, стараясь идти спокойно и вместе с тем с некоторой сосредоточенной поспешностью. Выйдя из здания через южный вход, мы сразу же направились на парковку, где остановились среди зарезервированных парковочных мест, и Нигли открыла большой «Бьюик»-седан. «Бьюик Парк-авеню». Синяя, очень чистая машина. Возможно, даже новая.

— Залезай, — скомандовала она.

И вот я внутри, на мягкой бежевой коже.