Джек Ричер, или Дело

Она была чуть тесной в плечах, поэтому я оставил незастегнутыми две верхние пуговицы. Заправив рубашку в брюки, надел башмаки, потерев о брюки на икрах каждый из них, дабы придать им блеск.

И после этого взглянул на себя в зеркало.

Я выглядел в точности как парень, которому не терпится потрахаться. Впрочем, именно так оно и было. И с этим ничего нельзя было поделать.

Я сунул свои старые вещи в контейнер для мусора и, спустившись по лестнице, вышел на темную улицу.

Чей-то голос из тени позади меня произнес:

— Это снова ты, солдатик? Ну, здравствуй.

На другой стороне улицы у тротуара стояли три пикапа, два из которых мне были знакомы, а третий я видел впервые. Все дверцы были открыты. Из каждой свешивались ноги. Светились огоньки сигарет, над которыми завивались дымки. Сделав шаг влево и встав вполоборота, я сразу увидел альфа-самца. Одного из двоюродных братьев Макинни. Его лицо все еще было синим и распухшим. Он стоял у фасада отеля под одной из перегоревших ламп. Руки он держал по швам, кисти рук были оттопырены, большие пальцы отставлены в стороны. Он весь горел от желания начать битву и готовился к немедленным действиям.

На другой стороне улицы пятеро парней вылезли из пикапов и направились ко мне. Я увидел бета-самца, то есть молчаливого лидера-вдохновителя; парня, пьющего по утрам пиво; байкера в черной куртке и еще двух других парней, которых не видел раньше. Каждый из них практически ничем не отличался от остальной четверки, что было вполне естественным: тот же регион, та же семья, а может, и то и другое вместе.

Я по-прежнему стоял на тротуаре. Один против шести парней. Ни один из них не должен оказаться за моей спиной. Там может быть только стена. Альфа-самец, сойдя с тротуара на водосточную канавку, присоединился к остальной компании, и вся шестерка выстроилась в дугу. Они остановились, не дойдя до меня восемь или десять футов. Еще вне зоны контакта, но тем не менее я чувствовал их запах. Они, словно взбесившиеся обезьяны, неистово размахивали руками, вертели кистями рук, манипулировали большими пальцами. Своими ужимками они напоминали стрелков из вестерна, у которых не было в руках оружия.

— Так вас шестеро? — спросил я. — И это всё?

— Вас все больше и больше, верно? — задал я новый вопрос. — Я-то надеялся, что вы появитесь в более сильном составе. Что-нибудь среднее между авиадесантным батальоном и танковой дивизией. Как мне кажется, в вопросе оценки сил противника мы придерживаемся разных мнений. Должен вам сказать, я несколько разочарован.

— Тем не менее, парни, — сказал я, — очень сожалею, но у меня назначен ужин со свиданием.

Они сделали шаг вперед, встав при этом плотнее к друг другу и приблизившись ко мне. Шесть лиц, болезненно-желтых даже при этом скудном свете.

— И я надел новую рубаху.