Джейн. Леди-служанка (СИ)

Всё это время чутко прислушивалась к окружающим звукам: многочисленные негромкие мужские голоса слышались в некотором отдалении, того же Гроля поблизости точно не было, скорее всего, он ужинает в компании своих товарищей. При мысли о снеди желудок противно сжался и тихо заурчал. А я только начала отъедаться, по всей видимости , нова придётся поголодать.

Лежать на траве было несравнимо удобнее, нежели между деревянными балками. В такой темени, когда до меня долетают лишь слабые отблески нескольких костров, что-то сделать с саднящими занозами не представлялось возможным и я, подвинувшись ближе к краю своего укрытия, стала рассматривать лагерь разбойников.

Мадам Бернар и Энни нашлись сидящими подле какого-то дерева и что-то ели из глубоких мисок. С моей позиции чётко разглядеть выражения их лиц так и не смогла, но не думаю, что женщины радостно улыбались.

Громкий смех, стук ложек – бандиты точно не переживали о том, что к ним на огонёк может нагрянуть королевская гвардия.

Я была напряжена, как натянутая тетива лука, как оголённый нерв, чутко реагируя на всё происходящее. Также смогла оценить свои шансы на спасение: справа лес, нырнула туда и быстро затерялась, не поймают, спрячусь так, что не отыщут. Но Сильвия и Эн могут погибнуть. А я чисто по-людски не в силах позволить им умереть или быть изнасилованными.

Посему лежала, как мышка, глядела внимательно на всех, стараясь не упустить момент, когда женщин отведут в карету на ночёвку. Но время шло, а они там так и сидели, хотя еду точно съели.

Паренёк, охранявший пленниц, забрал посуду и, вместо того, чтобы повести леди и её служанку к экипажу, принялся стягивать им руки за спиной, а потом привязал их к стволу дерева, обмотав верёвкой несколько раз.

А мои губы медленно растянулись в довольной улыбке. Замечательно! Просто прекрасно!

Но ждать придётся долго: пока всех бандитов в особенности часовых сморит сон, должно пройти достаточно времени, и лучший момент для спасения бедняжек – раннее утро.

Краем глаза заметила, как в сторону моей телеги кто-то направился: неповоротливый, скорее тучный мужик. Рядом с ним пристроился какой-то дрыщ и они, тихо о чём-то переговариваясь, вскорости дошли к повозке.

– …капитан сказал, завтра отправимся, лишь только рассветёт, а это очень рано, – ворчал Гроль.

– Ага, надобно пораньше прилечь, ох и не люблю же я эти предрассветные побудки, – вторил ему дружок, странно приплясывая на месте и всё время перебирая руками, словно не зная, куда их деть.

Рано, значит, подъём? Тогда чуть поменяем планы и встанем посреди ночи.

Сказано – сделано. Уставшая после дневных потрясений, уснула быстро, заведомо настроив себя проснуться глубокой ночью. Внутренний будильник не подвёл. А ещё я продрогла.