Джамп

Кожу постепенно начало покалывать, к ней возвращалась чувствительность – куалькуа снимал защитный режим.

Надо поесть. Первым делом – восстановить силы симбионта, а потом отдыхать… Мысль была неожиданной, и я насторожился. Быть может, куалькуа все же влияет на мое сознание?

Нет, все-таки непохоже. Я не чувствовал никакого насилия. Скорее это такая же забота, с которой я кормил на Земле пса. А куалькуа и не претендовал на большее.

Забавно рассуждать о Чужом, пытаться понять, нет ли в его действиях коварства и предательства, – когда он читает каждую мысль. К этому надо не просто привыкнуть, надо принять такое положение вещей, довериться.

Когда над ситуацией нет никакого контроля, остается бессилие. Тогда мы называем его доверием и успокаиваемся…

Я встал. Огляделся. Шахта водозабора вывела меня в центр купола. Здесь до прозрачного потолка было метров семьдесят, и деревья росли совершенно свободно. Что-то хвойное, по земным представлениям. Только иглы у сосен полуметровой длины и ствол гладенький, белесый, как у берез.

Закрыв люк, я присыпал его землей и опавшей хвоей. Пригибаясь, побежал по леску. Оттаявшая рубашка мокрым компрессом обтянула тело. Надо было оставить ее на решетке фильтра. Или в снегу закопать. Все равно никакой пользы от одежды не было.

Стеклянный купол над головой позволял неплохо ориентироваться. Я довольно быстро вышел к стене – тут деревья были другие, низкие. Эх, если бы знать их названия, память Римера подсказала бы мне, можно ли поживиться плодами… Вдоль стены я затрусил к туннелю. Ситуация повторялась, только теперь я шел в обратном направлении и по эту сторону купола. Где-то здесь я заметил свет…

Уже почти рассвело, и это здорово мешало. И все-таки я заметил сиреневое мерцание. Раздвигая кусты, двинулся на свет, уже понимая, что увижу.

Транспортная кабина. Нормальная, с терминалом у двери. Входи – и прыгай через пространство. Вот только не подчинится мне управляющая система. Еще, чего доброго, поднимет тревогу.

Похлопав ладонью по теплому пластику, я двинулся дальше, в туннель.

Конечно, мое знание Родины невелико. Но я много где успел побывать: на поле космодрома, на работе у Тага, в ресторанчике, в общежитии, в бане, в магазине, в Мировом Совете, в интернате и в «санатории»-концлагере. Дед бы наверняка высказал пару мудрых мыслей по поводу этого среза общества геометров. Я выводы делать не спешил. И все-таки этот застекленный жилой комплекс что-то напоминал. Очень явственно. Взять хотя бы ту же транспортную кабину в лесу – никакими логическими доводами ее расположение не объяснялось. Значит, стоит откинуть логику.

Установить сложнейший механизм в лесопарке – это означает подчеркнуть его естественность, привычность в обиходе.