Дымная река

У меня аж перехватило дыхание, ибо сумма эта лишь немногим уступала той, какую запросил бы мой папаша, но тебе будет приятно узнать, что моя ошеломленность не заставила меня забыть о деле, по которому я пришел.

— А что насчет иллюстраций и золотистой камелии? — спросил я.

— Ах да! — небрежно бросил господин Чан. — На досуге я гляну рисунки. К этому разговору мы вернемся при нашей следующей встрече через четыре недели.

На том, милая Пагли, все и закончилось.

Я тотчас отправился в отель и натянул холст на подрамник. Но, приступив к работе, я понял, что задача не так проста, как мне думалось. Попытки воскресить в памяти прелестное лицо были сродни вызову духа умершего, и мне стало казаться, что меня преследует призрак Аделины, ибо именно здесь, в Кантоне, она свела счеты с жизнью, в той самой реке, что я вижу из своего окна, неподалеку от студии, открытой ее дедом на Старой Китайской улице и до сих пор существующей. Еще и в этом мы с ней схожи — она тоже родилась в творческой семье. Дед ее, которого звали Читква, был ярчайшей фигурой кантонской художественной школы и первопроходцем во всех отношениях. В тридцать с небольшим (кажется, было это в 1770-м) он отправился в Лондон, где Королевская академия устроила выставку его работ, произведшую сенсацию. Читкву чествовали повсюду: Цоффани[56] написал его портрет, он был приглашен на обед с королевской четой. После ван Дейка ни один иностранный художник не удостаивался подобного приема в Лондоне. Однако, несмотря на громадный успех, жизнь его закончилась бесславно. По возвращении в Кантон он влюбился в женщину незнатного рода, которую одни причисляли к лодочницам, другие к «цветочницам»."

"Читква уже был отцом изрядного выводка детей от многочисленных жен и любовниц, однако вопреки яростному противодействию дальних и близких родичей взял под крыло свою новую возлюбленную, которая родила ему сына. Этого ребенка и его мать он окружил любовью и заботой, каких прежде от него не получал никто. Как ты понимаешь, это породило большую зависть и немалые опасения касательно судьбы семейной собственности. Неизвестно, имело ли все это отношение к смерти Читквы, скажем только, что он внезапно испустил дух после застолья, из-за чего возникли упорные слухи об отравлении. Как бы то ни было, у юной наложницы и ее сына отобрали все, кроме единственного слуги, и остались они одни на белом свете.

Будь обстоятельства его рождения иными, мальчик, прошедший кое-какое обучение у своего отца, легко пристроился бы в одну из бесчисленных кантонских студий. Но городские художники, представлявшие собою тесно спаянный мирок, не пожелали принять его в свою среду. Парень перебивался случайными заработками, делая иллюстрации для ботаников и коллекционеров.