Дымная река

Что ж, это, конечно, справедливо, но таково было веление времени, и кто осмелится утверждать, что дух свободной торговли сюда не проник бы, если б компания не существовала вовсе? Никто! Мы бы все равно проложили себе дорогу в Китай, и вот мы здесь вопреки большому противодействию, и нам не нужна сторонняя помощь, ибо свободная торговля ни от кого не зависит и самодостаточна для повсеместного распространения и процветания!

Слова эти были встречены одобрительными выкриками, а один молодой человек так взбудоражился, что вскочил на лавку и провозгласил тост: «За свободную торговлю во всем мире, за уничтожение всех монополий и в первую голову самой одиозной — китайской!»

Тост шумно поддержали и всего громче в той части зала, где сидели Дент и его друзья.

— За свободную торговлю, джентльмены! — Дент поднял бокал. — За очистительный поток, который сметет всех тиранов, великих и малых!

Застолье подходило к концу, стюарды спешно освобождали место для танцев. Оркестр заиграл вальс, и толпа расступилась, пропуская шедших под руку Джардина и Уэтмора. Все понимали, что эти старинные друзья, поседевшие в обществе друг друга, вместе танцуют, наверное, в последний раз. Пара закружилась, и в зале не осталось человека, у которого не увлажнились бы глаза.

Прослезился даже Слейд.

— Ох, бедняга Джардин, — причитал редактор, — он еще сам не понимает, как будет тосковать по нашей туретчине.

Почувствовав в себе редкую охоту к танцам, Бахрам пригласил Дента на тур вальса. Однако прекрасному завершению вечера помешал неприятный инцидент. Бахрам уже изготовился взять Дента за талию, но тут в дальнем конце зала вспыхнул конфликт — бомбейские купцы сцепились с полудюжиной молодых англичан, назревала драка. К счастью, Диньяр не участвовал в потасовке, и с его помощью Бахрам развел забияк. Видя, что страсти еще не улеглись, он счел за благо вывести соплеменников из зала.

— В чем дело? — на улице спросил Бахрам. — Что произошло?

— Эти сволочи, сет, по-всякому обзывались! Мол, валите отсюда, обезьянам тут не место!

— Да они же пьяные. Не обращали бы внимания.

— Да как же не обращать, сет? Мы сдали деньги на ужин, а нас величают черномазыми обезьянами!

14

20 февраля 1839.

Отель «Марквик».

Драгоценная моя махарани Паглинагора,

Твой верный слуга Дрозд счастлив сообщить о своем совершенно потрясающем открытии! Возможно, это всего лишь мое измышление, не знаю, ну да бог с ним, ибо наконец-то появились кое-какие подвижки в деле с твоими рисунками. Однако все по порядку.