Дыхание жизни

Только будет ли жив после этого Денис? Даже если мне удастся отстоять его ребенка, кому он будет нужен? Без него эта Алианария вернется к мужу, и если даже родит, то какая судьба ждет человеческого ребенка в обществе дейгассов?

«Ты сможешь! – уговаривала себя. – В этом нет ничего унизительного».

Ложь, конечно, но я старалась в это поверить. Сколько раз он опускался передо мной на колени, лаская меня, и не считал это унизительным. О том, что я от него этого не требовала и делал он все по собственной инициативе, старалась не думать.

– Ты же хочешь, чтобы он жил? Побольше энтузиазма, – хлестнули по моим нервам слова, и, пересилив себя, я прикоснулась к нему.

– Ты знаешь о ребенке? – в последней надежде спросила его.

– Сколько раз мне повторить, что я знаю все? – скучающим тоном произнес он. – Ты слишком много болтаешь! – приспустил белье.

– И он сможет остаться с Алианарией? – поставила условие я, смотря на его плоть.

– Она собственность мужа.

Интересно, он это сказал, чтобы указать и мое место?

– Она должна остаться с Денисом, – с нажимом произнесла я.

– Хорошо, если поразишь меня не только своим великодушием, – с раздражением и злостью согласился он.

Что ж, как бы он ни бесился, но когда я кончиками пальцев прикоснулась к его достоинству, оно тут же благодарно отреагировало.

Я постаралась отрешиться от ситуации. Пусть я этого никогда не делала, но уж видео смотрела и литературу читала. Я была девственницей, но какую-никакую теоретическую базу в этой области имела.

Странно, но, несмотря на все, когда я прикоснулась губами к нему, отвращения не было. Скорее любопытство. Я слышала, как изменилось дыхание Астарта, и его отклик на мои неумелые ласки прогнал смущение. Почему я раньше никогда этого не делала? Сейчас я не могла найти ответ на этот вопрос. Лизнув головку, попробовала его на вкус. Чуть солоноватый, но ничего отталкивающего или неприятного.

Я услышала, как резко втянул в себя воздух мужчина, и, ободренная, стала действовать более уверенно. Сжала его рукой у основания и прошлась по стволу язычком, проводя влажные дорожки. Вернулась к головке и отправилась в новое путешествие, обводя кончиком языка проступившие вены. Второй рукой коснулась его яичек, вырвав из высокородного еще один судорожный вздох. Происходящее взволновало меня, и я начала играть с ним, вспоминая все, что видела когда-то. Мои губы все смелее изучали его, целовали, и тяжелое дыхание дейгасса говорило мне, что я на верном пути.

Представив, что у меня во рту мороженое, посасывала и облизывала его. Никогда бы не поверила, что в этот момент ощущаешь, что властвуешь над мужчиной. Для меня это было открытием.