Дыхание ветра

– Лор-ран…! – сквозь зубы простонал Харн, ничуть мне не поверив, но доказать обратное не мог. – Почему ты во время ужина даже не заикнулся о том, что собираешься заниматься с Тенью? – неожиданно спросил он.

Чтобы выиграть время, я сделала движение рукой как будто хочу писать, и пока Харн ходил за моим блокнотом, успела придумать правдоподобный ответ. Взяв принесённый блокнот, привстала, повернувшись на бок, и написала: «Я не знал, когда у лорда Хэйдеса появится на меня время. Его визит ко мне был неожиданным, но я не видел причины отказываться от сегодняшнего занятия».

– И несмотря на всё произошедшее, ты собираешься и дальше учиться у него? – язвительно спросил Харн.

«Он лучший», – кратко написала я.

– Лоран, ты или наивный дурак, или не говоришь мне всей правды!

На это мне ответить было нечего, и я опустила глаза, избегая его внимательного взгляда.

– Он тебя точно не шантажирует? – после молчания спросил Харн с некой обречённостью и усталостью в голосе.

Вскинув взгляд на опекуна, я отрицательно покачала головой и чуть виновато посмотрела на него.

– Если я тебя попрошу, ты откажешься от занятий с ним? – удивил своим вопросом принц. – Принудить тебя он не имеет права.

«Что же вы делаете, Ваше Высочество?!» – мысленно простонала я, ощущая себя последней дрянью. Не думала, что смогу почувствовать себя ещё более виноватой.

Его искреннее беспокойство и забота были как ножом по сердцу. Наверное, в этот момент я бы призналась ему во всём, если бы не пришлось рассказывать о том, о чём я искренне желала забыть. И сможет ли он понять человека, находящегося по положению гораздо ниже, чем он? Девушку. Безродную племянницу трактирщика, отданную на ночь магу собственным дядей. Боль, стыд, унижение? К тому же, лишь сейчас поняла, как много для меня значит его участие. Не станет ли Харн после этого смотреть на меня холодно и с презрением? Я же видела, как высокомерно и властно держится он с другими адептами, проводя между собой и ними незримую черту. Пусть формально здесь все равны, но авторитет Харна был непререкаем и никто и на миг не забывал, что он принц. Он же мой опекун, мы связаны на годы. Если он начнёт и со мной вести себя так же, исключив из ближнего круга, это сильно ранит меня, пусть я это и заслужила.

Как ни стыдно в этом признаться, но я струсила, предпочтя промолчать.

– Я же могу и приказать, – напомнил о себе Харн.

«Мне это надо. Если смогу удержать щиты против Тени, то смогу чувствовать себя более уверенно, – написала в блокноте, не в силах посмотреть на него. Чуть поколебавшись, добавила: – Но если ты прикажешь, я подчинюсь».

Глаз на него я так и не поднимала, хотя чувствовала на себе его настойчивый взгляд. Напряжённо ожидала его решения, сминая пальцами простынь.