Двум смертям не бывать

— Прости. Я не думала, что тебя это расстроит.

— Он… уехал. Сказал, что я шлюха, а на шлюхе он не женится никогда. И уехал. А когда я попробовала… даже не вышел сам. приказал прогнать со двора, точно шавку.

— А что, у тебя нет отца и братьев, которые вбили бы такие слова ему в глотку? — удивилась Лия.

— Ты что, если отец узнает, он меня сам убьет!

Если у отца глаза на месте, то знает он наверняка. Но понять логику чужеземцев Лия отчаялась раз и навсегда. Вроде люди как люди, а как выкинут порой — так и не знаешь, что сказать. Она подала гостье вышитое полотенце — вытереть слезы и стала ждать, когда та успокоится. Бертрада всхлипнула в последний раз, подняла глаза:

— Ты ведьма… так говорят. Приворожи его! Сделай так, чтобы он снова меня полюбил!

Если бы Лию спросили, она бы сказала, что от такого, с позволения сказать, мужчины, который сперва ложится с женщиной, а потом ставит это ей же в укор, нужно бежать сломя голову и забыть как звали. Но ее никто не спрашивал. Бертрада вцепилась в руку — не оторвешь.

— Свари зелье… или что там вы делаете. Чтобы он снова меня любил. И тогда он на мне женится.

— Не могу.

На самом деле она знала, как это делается. Для того, чтобы противостоять чему-то, нужно знать, как это «что-то» устроено. Наверное, даже достало бы сил наворожить приворот. Но сама мысль о подобном казалась отвратительной. Тем больнее было услышать от Рамона тогда… Лия мотнула головой, приказывая себе забыть о рыцаре.

— Подумай. нужен ли тебе человек, который уже предал один раз. Предаст и второй. зачем он тебе?

— Он лучше всех! — вскинулась Бертрада. — Правда. Просто… ну вот так получилось. Приворожи его, и все станет как было.

— Не могу. — повторила Лия.

— Тогда скажи, кто может. Прошу тебя.

Девушка покачала головой:"

"— Пойми, я не знаю. Видящая входит в силу лишь когда теряет способность к материнству. Я еще очень молода, и нет ни сил, ни знаний. А тех пор, как пришли ваши, видящие прячутся даже друг от друга — поэтому я даже не представляю, кого посоветовать. Прости, но я правда ничем не могу помочь.

— Тогда помоги вытравить плод.

Вот так просто взять и «вытравить»? Нет конечно, от чужеземцев можно всего ждать… И не всякий плод в радость, это тоже понятно: как приготовить настой, способный уберечь от беременности женщину, над которой надругались, Лия знала едва ли не с того дня когда впервые обнаружила, что может понести. Но сойтись с мужчиной, зачать ребенка, выносить почти до конца, и вытравить, решив, что не нужен… Понять это она не могла, да и не хотела.

— Нет.

— Ты не понимаешь!

— Это ты не понимаешь. Сколько ты уже в тягости? Семь лун, восемь? Если сейчас убить ребенка, можешь умереть вслед за ним.

— Какая разница? — всхлипнула Бертрада. — Все равно теперь только в воду.